Книга Как Лыков не стал генералом, страница 33 – Николай Свечин

Дриттенпрейс лишь молча пожала плечами.

— Ну, для начала достаточно. Будь осторожна. Четвертной билет-то дать? Или для тебя двадцать пять рублей уже не деньги?

Агентка заложила билет за фильдекосовый чулок и удалилась манящей походкой. А коллежский советник задумался. Васька Сняголов… Сыскная упустила его из виду, а зря. Надо подвести к нему человека, а лучше не одного. Если он доверенное лицо хозяина, то и собранные деньги вручает ему лично в руки. Или там опять посредник?

Началась проследка бывшего вышибалы. Парень оказался тертый, водить его по улице сыскные не решились. Разве что попробовать в ближайший понедельник, когда он будет собирать добычу. А пока окружили наблюдением и стали собирать справки. Вместе с Кучиным под лупу попали вдова полковника фон дер Нонне и привратник общежития Напрасленников. Именно слежка за Алексеем Ивановичем дала результат. Оказалось, что денежные посылки поручены именно ему. И дядя относит их каждый понедельник в Московский купеческий банк. Там кладет в безопасный ящик номер сто двадцать шесть и уходит.

Негласная проверка выяснила, что ящик записан на имя некоего Галактиона Фомича Облапохина, держащего на Серпуховской площади мучную торговлю. Купец имеет второй ключ и время от времени проверяет содержимое ящика.

Сыскные взвыли. Трое подозреваемых под наблюдением, агентура разрывается на части, а тут появляется четвертый. Но Эффенбах уже взял след, он почуял, что развязка близка. Личность Облапохина проверили по всем возможным источникам. И первое, что обнаружили, – это его частые поездки за мукой в Петербург и Нижний. Прав оказался Лыков!

В конце концов пристальное внимание полиции дало результат. Когда стали копать прошлое торговца, оказалось, что в родной деревне в Весьегонском уезде его считают давно погибшим. Молодым человеком Галактион Фомич уехал на заработки в Туркестан, и больше его никто не видел. Пришла бумага в волостное правление, что он пропал вместе с тремя компаньонами, когда купцы пытались провести караван с мануфактурой в Кашгарию. Видать, барантачи сняли им головы в диких горах…

Результаты дознания Эффенбах сообщил в Департамент полиции. И попросил помочь выяснить настоящую личность человека, выдающего себя за Облапохина. Для этого Павел Афанасьевич придумал хитрый ход. В очередной приезд в столицу мучной торговец неудачно пообедал в ресторане «Друзья» на Предтеченской улице и был доставлен в больницу с острым пищевым отравлением. Подозревали даже холеру! Москвича продержали на койке три дня, измучили клизмами и диетами. А заодно выяснили особую примету: родимое пятно в форме равностороннего треугольника на левой ягодице. Осталось только перерыть огромную картотеку департамента. Лыков сделал это лично и отыскал подходящего обладателя пятна на пятой точке. Это оказался давно находящийся в розыске беглый с каторги Евдоким Шумов по кличке Аминь. «Иван» уже несколько лет как пропал из виду, нигде в сводках не проходил, и о нем забыли. И вот он обнаружился под чужим именем в Москве в роли хозяина элитных «гувернанток». Шумова взяли прямо в больнице и доставили в ДПЗ^[30]. Осмотр окончательно удостоверил личность бандита. За старые дела ему полагалась каторга, а тут еще куча незаконно полученных денег в депозитарии… Плеве поздравил вице-директора с большим успехом.