Книга Как Лыков не стал генералом, страница 31 – Николай Свечин

Госпожа Дриттенпрейс – на самом деле это была агентка сыскной полиции – искала место две недели. Все это время ее тайно проверяли. Видимо, хозяин преступного промысла допускал, что власти станут его выслеживать после случая с Жиу. Он свернул свои операции в столице и приказал не брать новых женщин. В Смоленск послали курьера, вынюхивать прошлое кандидатки в гувернантки. Эффенбах был к этому готов, проверка прошла успешно.

К концу второй недели барышня пришла в «Дрезден» с элегантным мужчиной. В гостинице его хорошо знали: Конрад Эдуардович Купец-Купецио, модный адвокат и записной ловелас. И хотя нравы в «Дрездене» были строгие, но для постоянного гостя распахнули все двери. А дочь почетного гражданина заработала способом, не свойственным честным гувернанткам, хорошие деньги.

Визит ее в номера не прошел незамеченным. Утром в Саввинское подворье заявился помощник пристава Третьего участка Тверской части и учинил жиличке унизительный допрос. Пришлось дать ему десять рублей. А к обеду в комнату вошла заведующая общежитием фон дер Нонне, вдова полковника. Она села на кровать напротив барышни и сказала:

— Если хочешь жить без приключений, то это делается не так.

— А как?

— Девочки тебе не объяснили?

— Нет. Они только хихикают целыми днями. Я вижу, какие они гувернантки. Честно говоря, я и сама такая.

Мария Велибальдовна, сказав это, и не думала краснеть. Она смотрела с вызовом, бесенята играли в ее глазах.

— Я давно это поняла, – ответила фон дер Нонне. – Пришла ты по адресу, но у нас есть вопрос: от кого ты его узнала?

— От Лизы Поветкиной.

Заведующая наморщила лоб:

— Кто это? Я такой не помню.

— Моя кухарка в Смоленске. Вы ее и не должны помнить, тут она не жила. Но слышала про ваше заведение от кого-то. Слухами земля полнится.

— Слухи мы не любим. И как проверить твои слова?

Дриттенпрейс пожала плечами:

— Не знаю. Если не нравлюсь, я могу уйти. Но хочется остаться.

Вдова смотрела на нее какое-то время, потом вдруг перешла на немецкий:

— Ты немка, и я немка. Так и быть, помогу тебе. Место тут особенное. Можно прилично заработать, но требуется очень хорошо знать, как себя вести.

— Я с благодарностью приму ваши советы, – ответила на баварском диалекте Мария.

— Тогда слушай и запоминай.

Вдова оглянулась на дверь и начала:

— Гостей ты можешь приводить сюда, для них имеется особый флигель во дворе. Только надо сказать заранее мне или привратнику Алексею Ивановичу. За пользование комнатой во флигеле следует платить три рубля с клиента. В эту цену входят постельное и столовое белье, чай с принадлежностями, полотенца. Комнаты очень хорошие, их всего четыре, и они редко пустуют. Есть даже ванна, правда, одна на всех. Сходи туда и посмотри – я велю Алексею Ивановичу их показать. Полиция к нам не ходит. И вообще, если ты станешь наша, никого не бойся, ни полиции, ни бандитов, ни пьяной швали. Всем говори, что ты из артели Васьки Сняголова^[29]. И все вопросы пусть адресуют ему.

— Васька Сняголов, – повторила жиличка. – А кто он?

— Человек, который будет тебя охранять. За это станешь отдавать ему треть заработка.

— Треть ему, потом за комнату – что же останется мне?

Фон дер Нонне понимающе кивнула:

— Не ты первая говоришь такое. Это от незнания. Мы предлагаем тебе войти в особый союз. Союз вакханок для обслуживания элиты. Не придется искать клиентов по улицам, они сами придут. И то будут богатые и щедрые мужчины. Если хочешь, то и женщины.