Онлайн книга «Фартовый город»
|
Разгоряченный боем, Лыков осмотрелся. Из экипажа послышалось кряхтение, и над бортом показался любитель золотых очков. Питерец выдернул его наружу, поставил перед собой и дал еще раз. — Это за мою бабу! Нагнулся, поднял того, что подбил ему глаз, и прислонил к экипажу: — Ну, а как тебе мое угощение? — Барин… ох… — Это тебе за фингал!!! Он врезал так, что детина своей тушей выломал борт пролетки. Затем, убедившись, что бить больше некого, сыщик достал свисток и начал наяривать полицейский сигнал «ко мне!». Раздался топот, и подбежали сразу несколько городовых. Через секунду к ним добавился Англиченков. — Что здесь? Алексей Николаевич, вот не ожидал! — Займись, Петр Павлович. Двое в сознании, третий навряд ли. Напал на меня с ножом, подбери его и укажи в протоколе. Четвертый удрал. Надзиратель сначала поднял нож, присвистнул. Потом рывком попытался поставить на ноги его обладателя, но у него не получилось. — Чернобай, помоги. Полицейские вдвоем вытащили налетчика из-под дышла. Англиченков вынул электрический фонарик, посветил: — Ого… — Что, знакомого встретил? — Алексей Николаевич, — напряженным голосом сказал не имеющий чина, — это Меньшой Царь. Собственной персоной. — Ну, попался! Теперь в каторгу пойдет, сукин сын. — Не пойдет. Он мертвый. Лыков несколько секунд молчал, ошарашенный. Потом спохватился: — Ты нож-то нашел? — Точно так. — Обыщите остальных, все оружие, что при них есть, тоже внесите в протокол. Потом пригодится… — Мы, Алексей Николаич, вас в обиду не дадим, — мрачно сказал Англиченков. — Необходимая самооборона, и точка. — А уж эту дрянь и жалеть нечего, — загалдели городовые. — Подох, и ладно. Давно его черти ждали, аж соскучились! Остаток ночи Лыков провел в Третьем полицейском участке. Сначала, правда, он отвез в гостиницу Ольгу. Та была напугана, но держалась. Она впервые увидела своего друга в бою. И хотя слышала о его силе, но была поражена. Тот разобрался с тремя бандитами, отделавшись лишь фонарем под глазом. Арестованных обыскали и нашли два ножа и топор с укороченной рукояткой. У Меньшого Царя обнаружили револьвер. Доктор Линдеберг сделал вскрытие убитого и записал: удар, повлекший за собой смерть, был нанесен тяжелым тупым предметом. Начался дурацкий спор насчет этого предмета. Сыщик объяснял эскулапу, что бил кулаком, что ничего тяжелее бумажника у него при себе не было. Тот сердился: — Не стыдно мне сказки рассказывать? Я двадцать лет как врач, отличаю черное от белого. Кулаком можно проломить височную кость, сам такое видел. Но у этого перелом стеклянной пластинки, осколки черепной кости вошли в мозговую кору. Лыкову надоело оправдываться. Он подошел к стене, ударил без замаха. Стена в кабинете пристава была толщиной в два кирпича. Тот, по которому пришелся удар, раскрошился, а второй вылетел и упал на пол с другой стороны. Сыщик подул на отшибленные пальцы и сказал с нажимом: — Повторяю, доктор: вот ваш «тупой предмет». Линдеберг разинул рот, постоял так немного и пошел переписывать протокол. А Петр долго разглядывал оба кирпича, после чего заявил: — Никогда такого не видал! Алексей Николаевич, пойдемте со мной в цирк на турнир французской борьбы. — Зачем? — Там такие силачи! Морре-Чеховский, к примеру, одной рукой поднимает пятерых. |