Онлайн книга «Смертельные ловушки»
|
— Доктор Норт, если вы помните, Мэддор больше здесь не работает, – отозвалась миссис Фординг и снова разгладила фартук. – Здесь новенькая сиделка – она практикующая медсестра. — И правда. Я и позабыл. Конечно, у медсестры достаточно знаний, и она охотно делится ими. Миссис Лаки, мой совет вам: пусть эта женщина говорит как можно меньше, а вы постарайтесь вовсе не слушать ее. А теперь… Но Фелисия перебила его, сказав: — Ну, конечно, на самом деле я хотела спросить у вас о цыплятах и о соли. Чувство достоинства доктора стало жертвой любопытства и он заколебался. — Вы знаете о знаменитостях, – попыталась подольститься Фелисия, – которые умерли от яда, хотя вовсе не были отравлены? Достоинство победило. Отбросив все знания о семействе куриных, доктор Норт подкрутил свои усы и величественно пожелал миссис Лаки доброго дня. Миссис Фординг вышла с ним в холл. — Этот человек смертельно напыщен, – сказала Фелисия. – Я замечала это во многих докторах. Это из-за медсестер и прочих. Но какое мне дело? Потакать ему я не собираюсь. Миссис Фординг вернулась в комнату, чтобы изгнать последнего посетителя: — А теперь, мистер Лаки… Тот наклонился, чтобы поцеловать жену. — Кстати, Коротышка. Когда мне вновь позволят провести полминутки в твоем обществе, расскажи мне о цыплятах и о соли. Возившаяся с простыней миссис Фординг вздохнула и уронила её на кресло, намекая на то, что ее усилия тратятся впустую. В коридоре мистер Лаки заметил, что дверь в комнату Боба открыта. Был разговор о том, что кто угодно мог войти в его комнату и взять револьвер из ящика шифоньера. Это было похоже на правду. Сейчас ничто не мешало войти туда и делать там, что угодно. Ему хотелось так и поступить. Чтобы подтвердить один момент. Чтобы прояснить его. Мистер Лаки шагнул в комнату, которая из-за этого чудовищного вторжения сразу же показалась пустой. Над грязным льняным чехлом шифоньера мистер Лаки увидел чье-то розовое, виноватое лицо и вздрогнул, осознав, что это – его собственное отражение. Боб упоминал, что хранит револьвер в верхнем ящике. Ящик не хотел открываться из-за вороха воротничков, платков и носков, среди которых зловеще извивался черный кожаный ремень. Закрывался ящик с таким же усилием, постоянно останавливаясь и дергаясь. Размышляя над странностью человека, ведущего ежедневный бой с ящиком, когда можно за пять минут исправить его, подровняв неровности в пазах, мистер Лаки вновь посмотрел на льняной чехол, покрытый смазанными желтыми пятнами, по-видимому, от какого-то порошка. Где-то он уже видел подобные пятна, на каком-то другом белом льняном материале. Он потер одно из пятен пальцем; пятно разрослось, подтверждая его мнение о том, что вызвано оно просыпанным порошком. Покачав головой, мистер Лаки стал напрягать память, словно попав в рабство к не столь уж важной мысли. Скатерть за завтраком, белое покрывало в его спальне… нет, это все не то. Белая скатерть на прикроватной тумбочке Фелисии, аккуратные белые манжеты мисс Мэддор – все это всплыло в памяти мистера Лаки за секунду до того, как раздался удивленный возглас Ив. Мистер Лаки, внезапно задохнувшись от осознания непрошенного, но реального факта, обернулся к ней, сказав: — Да. То есть нет. Хм! – и потряс головой, как бы стараясь избавиться от пришедшей ему в голову мысли. |