Книга Ада 2, страница 45 – Гала Мрок

Мысленно посылаю ее в эротическое путешествие. Подхожу к Кайлу, встаю рядом.

Въезд в старый тоннель загораживает ржавый остов сгоревшего пикапа. Кузов вспучился от огня, стёкла выбиты, колёса спущены. Сбоку — каменный обвал: если бы не он, мы спокойно заехали бы внутрь.

Кирпичная кладка покрыта темно-зеленым мхом. Ветви плюща оплели арку, свисают вниз, удерживая на концах красные осенние листья. Они как последний яркий всплеск жизни перед зимой.

Из тоннеля несёт затхлостью, плесенью. В ноздри тут же бьет запах сырости, гниющих листьев, металла, разъеденного коррозией.

Кайл делает шаг вперёд, направляет луч фонаря в тёмный зев тоннеля. Свет выхватывает первые метры: потрескавшийся асфальт, покрытый слоем пыли и мелкого мусора. На стенах выцветшие граффити, наполовину стертые временем.

— Нужно проверить нет ли завала внутри, — тихо говорит Кайл, вслушиваясь в тишину.

— Может, всё же поищем другой путь? — эхо тут же подхватывает мой голос и уносит вглубь тоннеля.

Сара, стоящая позади, хмыкает:

— Другой путь — это лишние километры, бензин и время. А у нас ни того, ни другого, ни третьего.

Она подходит ближе, заглядывает в тоннель.

— Тоннель старый, но крепкий, — продолжает она. — Видите? Кладка не осыпалась, свод ровный. Если там и есть опасность, то не в обрушении.

Кайл кивает:

— Сара права. Я пойду проверю, что там. А вы пока прицепите трос, дернем пикап с места.

Он делает еще один шаг вперёд. Луч фонаря скользит по стенам, выхватывая ржавые трубы, обрывки проводов, тёмные пятна плесени на кирпичной кладке. В свете луча мельтешат пылинки — будто крошечные призраки, танцующие в воздухе.

— Будь осторожен, — бросаю ему вслед.

— Не поубивайте друг друга, — не оборачиваясь, отвечает Кайл и скрывается в темноте. Его силуэт растворяется в тени, остаётся только мерцание фонаря — оно покачивается в такт шагам, потом становится всё меньше, тусклее.

Тишина. Только капающая вода да шелест ветра. Я поворачиваюсь к Саре. Она, вздернув крючковатый нос, скрестила руки на груди и вопросительно смотрит на меня. Капюшон, натянутый на голову, подчеркивает темные круги под глазами; полопавшиеся капилляры выдают усталость и напряжение, которое она так тщательно пытается скрыть под маской тщеславия и равнодушия.

— Что вылупилась? У тебя нет шансов — я гетеро, — язвлю, проходя мимо неё.

— С чего ты на меня взъелась?

Слышу раздражение в ее голосе. Быстро подхожу к машине, открываю багажник.

— Не люблю людей, — безразлично отвечаю ей.

Отодвигаю рюкзаки в поисках того самого троса. Под ними обнаруживаются какие-то коробки, свернутый тент, пара запасных аккумуляторов — всё не то. Пальцы натыкаются на что-то жёсткое и ребристое. Вытаскиваю — наконец-то, трос.

— И когда нарушают личные границы, тоже не люблю, — бормочу себе под нос, но так, чтобы Сара услышала.

Она не двигается с места, всё так же стоит, скрестив руки. Когда я разворачиваюсь с тросом в руках, наши взгляды встречаются.

— Знаешь, — говорит она неожиданно тихо, — ты должна злиться не на меня.

На секунду прикрываю глаза, искренне не понимая, почему люди бывают настолько глупыми. Я всячески стараюсь избегать с ней контакта, но нет же — эта дура сама лезет на рожон. Чего она хочет? Драки? Так ещё пара искр — и её желание исполнится.