Книга Дух огненных озер, страница 21 – Артур Гедеон

— У-ух! – прорычал Губин.

— Хороша легенда, Ануфрий Данилович? – спросил Аполлон.

— Говорю же: у-ух! Очень хороша! Да, матушка? – обратился он к княгине.

— Еще как хороша, – подтвердила та. – А детки у них были, Аполлон Аполлонович? – спросила она, глядя в глаза их гостю.

— А как же! – беспечно ответил тот. – Родила она ему, по легенде, трех мальчиков и трех девочек. От младшего из мальчишек, названного в честь отца Алтуны – Кудеяром, а в крещении Константином, и пошел мой род. Так гласит наша семейная легенда. Правда, судьба самого Светозара оказалась печальна – наделав детей, он погиб в битве с одним из князей, своих же двоюродных братьев, но для тех времен это было делом обычным. Потому Алтуна правила одна – и жесткой рукой, и никогда больше замуж не выходила, а позже ее княжество и совсем откололось от русской земли. И вновь прилепилось только тогда, когда Русь уже сама стала подчинять себе великие земли.

— А обвенчаны они были? – спросил Губин. – Светозар и Алтуна?

— Об этом история умалчивает, – ответил рассказчик. – А коньяку и впрямь можно выпить!

— Дело говорите, Аполлон Аполлонович! – воскликнул купчина.

Скатерть-самобранку им заменили, все, что было откушано и отпито при трех потаскухах, унесли и накрыли заново. За портьерами уже входил в свой вечерний ритм дорогой ресторан «Гранд Вефур», гремела посуда, оживленно перекликались голоса. Пели скрипки, мурлыкало фортепиано. Время было ужинать. Заказали черепаший суп, паштеты, устриц и много прочей всякой всячины. А еще коньяки, вина и шампанское. Иногда Аполлон Светозаров поглядывал на княгиню и убеждался, что его рассказ пришелся ей по душе. Очень пришелся! Когда она ловила его взгляд, то нежно и многозначительно улыбалась в ответ. И он скромно улыбался ей. Проснувшись сегодня утром в гостинице «Королевская Лилия», Аполлон не смел и мечтать о таком окончании дня. Да если говорить честно, он то и дело ловил себя на мысли: а не спит ли он? Не грезится ли ему это знакомство?

Беседа увлекала их, шли часы, просто летели. Уже был поздний вечер. Но спросить о волнующей его теме рано или поздно он был должен – он давно уже ерзал от нетерпения – и в какой-то момент время для того настало.

— Княгиня, милая княгиня, – проговорил Аполлон. – В Париже я не так давно, но успел обойти весь Египетский зал Лувра. Обойти, изучить, влюбиться… Меня заинтересовала одна безымянная богиня. Она удивительным образом похожа на вас. Как такое может быть?

— Как ее зовут? – спросила Аделаида.

— Понятия не имею. Говорю же – она безымянна. Но ваше с ней сходство поразительно. Уникально! Волшебно…

Княгиня Савойская взглянула на своего приятеля – матерого русского купчину.

— Как разыгралось воображение у нашего молодого друга, Ануфрий Данилович? Это все шампанское, не так ли?

Тот поскреб бородатую щеку.

— Да вперемешку с коньяком, – весело подхватил он.

— Я правду говорю, Ануфрий Данилович, – запротестовал Светозаров. – И коньяк тут ни при чем.

— Коньяк всегда при чем, – Губин крякнул и потянулся вперед, к столу, наполнил рюмку коньяком и выпил его разом. – Я в Лувре не был, да и вряд ли попаду, не понимаю я ничего в ваших искусствах, я ж простой мужик, но то, что вы богиня, матушка, кто ж поспорит? Тут мне и по музеям ходить без надобности. Я и так это знаю, – рассмеялся он.