Книга Дух огненных озер, страница 76 – Артур Гедеон

— И все это в твоей волшебной книге написано? – вопросил Антон Антонович.

— Да, в мемуарах Аполлона Аполлоновича Светозарова. Всю жизнь я прятал ее от мира, готовил комментарии, так и осталась она в образе рукописи. Только пару статей тиснул в здешней местной прессе. Так они обо мне и узнали. Решили, что я спятил.

— Ну что ж, Юрий, теперь эту книгу должны прочесть мы. Потому что пока мы ее не прочтем, будем шастать во тьме. Хотя ты пролил немало света своим рассказом. Мой интеллектуальный аппетит разбужен! С закуской я покончил, – прорычал маленький шустрый старик. – Теперь мне нужно горячее!

— Хорошо, Антон Антонович, сейчас будет, – сказал Пастушков. – Уверяю – вас ждет настоящий пир!

В ближайшие пару минут он сбросил уже адаптированный текст двум новым товарищам, Антон Антонович растянулся со своим телефоном на диване, Крымов бросился в кресло, и два новоиспеченных знакомых библиотекаря Пастушкова ушли в чтение. Самому Юрию Вениаминовичу оставалось только потопать в спальню, лечь в кровать и после коньяка и сытного обеда счастливо погрузиться в глубокий дневной сон. После которого, правда, обычно встают с тяжелой головой, а ночь становится мучительно длинной.

Он проснулся от громкого: «Юрий! Очнись, Юрий!»

— Что? – оторвал голову от подушки встрепенувшийся Пастушков. – Что случилось?

Над ним стоял старик коротышка с пенной шевелюрой, расходившейся тучами в стороны, и такими же бакенбардами, еще двумя маленькими тучками. Поначалу Юрию Пастушкову даже показалось, что за ним явился злой клоун, но быстро отпустило – он вспомнил шустрого любознательного старика.

— Случилось то, что я прочитал эти мемуары, – изрек Долгополов. – И скажу тебе так: это гениально! Даже если ты помрешь, больше ничего не сделав, за эти мемуары Аполлона Светозарова человечество будет тебе благодарно. А также и Небесная канцелярия, от внимания которой ушли весьма серьезные факты.

— Какая канцелярия?

— Неважно. Вставать будешь?

— А куда я денусь.

— Идем, жду тебя за столом. Я и товарищ коньяк. Крымов отстал от меня – только дочитывает. Жду.

Через пять минут немного измученный застольем с непривычными излишествами и разморенный сном Пастушков приземлился на свое место за столом. За окном было темно. Наступила ночь. Долгополов разливал коньяк.

— Андрей Петрович, как вы, будете?

— Непременно. Только дочитаю. Осталось чуть-чуть.

— Ясно, – кивнул Долгополов, наполняя его рюмку.

— Я не привык так много пить, – честно сознался Пастушков.

— Ничего, все еще впереди. Тебе сколько годков, Юра?

— Много.

— Это мне – много. А у тебя, считай, жизнь только началась. Потому что к делу подключились мы с Крымовым. – Он стал загибать короткие волосатые пальцы. – Мы знали обо всем – о Марагадоне…

— Кто это? – спросил Пастушков.

— Потом расскажу – напомни только. Мы знали о главных персонажах этой истории: о Болгарыке, с которым судьба нас столкнула лицом к лицу, о Кучерёме, с которым тоже пришлось познакомиться лично…

— Лично?! С тем самым, что с бородой? Который смерчем выходит из стен?

— С ним. Мы познакомились с генералом КГБ Кривоносом, открывшим для нас столь многое. А еще мы наверняка знали о том, что должен быть третий демон…

— Демон? – воскликнул Пастушков. – Да еще и третий?!

— Не перебивай, Юра, – сурово осек его Долгополов, – чего ты дерганый такой? Я думаю. А это – священнодействие. Понял?