Книга Два типа незнакомцев, страница 54 – Стив Кавана

— Да, возможно. Давай поспрашиваю по знакомым. Что собираетесь предпринять касательно залога Элли? Кейт будет подавать апелляцию?

— Это займет слишком много времени. Я просто собираюсь ее вызволить.

— Мы теперь похищаем людей с Райкерс-айленд? У меня есть стальная пилка, а Дениз может испечь пирог и отправить ее Элли.

— Если Дениз что-нибудь испечет, стальная пилка нам не понадобится: Элли просто сможет выбить железную дверь ее мясным рулетом.

— Не люблю, когда на Дениз возводят поклеп касательно ее кулинарных способностей.

— Предоставь проблему с залогом мне. Хотя мне нужно, чтобы ты для начала кое-что для меня подготовил. Потом я заберу все это в офисе.

— Что тебе нужно?

— Все наши квитанции об уплате регистрационного сбора из канцелярии суда за прошлый год. Хотя нет, все не нужны – хватит только за три последних месяца, копии.

— Я не умею обращаться с этим чертовым ксероксом…

— Попроси Дениз этим заняться. Это еще не всё. Мне нужны рулон клейкой ленты, наволочка и кольтовский патрон сорок пятого калибра.

— Патрон…

— Из магазина того пистолета, который сейчас находится в кобуре у тебя под левой подмышкой.

— Не уверен, что Ассоциация адвокатов Нью-Йорка одобрит твои методы ведения судебных дел.

— То, чего они не знают, их не обеспокоит.

Она не могла вспомнить, когда в последний раз ела.

Сэндвич с арахисовой пастой и неким непонятным повидлом, который ей предложили в тот день в судебном изоляторе, имел какой-то странный запах. Она откусила кусочек на пробу, но у нее сразу же закрутило в желудке, и Элли положила недоеденный сэндвич обратно на бумажную тарелку и оставила в углу камеры. И не успела выпустить тарелку из пальцев, как две женщины в камере начали драться за него. Та, что поменьше, врезала другой крепко сжатым кулаком в губы, и этого вроде оказалось достаточно, чтобы завладеть вожделенным призом. Женщина покрупней, с дредами, которую ударили, сплюнула кровь на пол и вернулась на свою скамью. Остальные десять женщин, находившихся в изоляторе, проводили ее хищными взглядами, словно добычу. Она выказала свою слабость и теперь носила ее, как позорное клеймо.

Элли сделала себе мысленную пометку никогда не попадать в подобную ситуацию. Это была не старшая школа. Здесь не было учителей, которые могли бы разнять дерущихся. Это был вопрос выживания, точно такой же, только на сей раз по-настоящему. Она не отрывала взгляда от своих резиновых спортивных туфель и молча потягивала сок из картонной коробочки. Сок был приторно-сладкий, с большим количеством сахара, но ей было на это плевать.

Кейт сказала, что через сорок восемь часов ее выпустят.

Элли отчаянно хотелось в это верить.

Дорога от здания суда до острова Райкерс-айленд практически не осталась в памяти. Элли сидела в фургоне для перевозки заключенных, всхлипывая в своем тесном отсеке, – чем-то вроде чулана, немногим просторней поставленного стоймя гроба, но с небольшим сиденьицем и металлическими проушинами для кандалов на ее запястьях и лодыжках.

Припомнился смутный запах реки. Затем шлепанье резиновых подошв по мокрому бетону, когда ее выпустили из фургона; побрякивание кандалов, когда они побрели к одному из тюремных корпусов.

Запах хлорки.

То, как ее раздели догола. Дрожащую от холода и страха. То, как надзирательница со смехом велела ей раздвинуть ноги, а потом светила фонариком на ее гениталии и задний проход.