Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 4, страница 39 – Миф Базаров

На одиннадцатой минуте поднялись развалины.

То, что стояло у кромки, и что я тогда не сумел отделить от битого камня, встало на шесть длинных ног. Высотой с пятиэтажный дом на три парадных, голова маленькая, посаженная низко. Туша пошла к путям наискось, широкими шагами.

— Коллембола, — на выдохе сказал Юра, и мне показалось, что его услышал весь вагон.

— Заслонки! — рявкнули из лаза. — Судари, заслонки закрыть! Живо!

Закрыли только студенты. Остальные пассажиры от щелей не отошли: там добыча, за неё заплачено деньгами.

— Амулеты не в счёт, — не открывая глаз, обронил Полунин. — Держат мгновение. Дальше всё.

В тварь ударили из трёх вагонов разом. Огонь, лёд, чей-то каменный клин. Она приняла это на ходу и не сбавила.

Полунин повернул голову к борту. Пальцы у виска дрогнули. Секунда. Другая. Он вернулся к зверю, которого вёл.

Сорок метров.

Голова мотнулась снизу вверх.

Первый плевок лёг по вагону впереди нашего. Из пасти вырвался рваный ком, развалившийся на подлёте. Крышу там вскрыло с шипением, повалил белый густой дым, и из переднего тамбура закричали в несколько голосов.

Пасть твари открылась вновь.

Теперь она била по нашему вагону. Краем, по крыше в районе первого купе. Металл зашипел, дым полез в амбразуры и в щели заслонок, резало глаза, драло горло, люди кашляли и лезли под скамьи, прикрывая лица рукавами.

Крыша над первыми секциями поплыла. Пятно с ладонь, с голову, с колесо. И всё это капало вниз.

Дама в третьей секции вскинула обе руки. Воздух под проеденной крышей уплотнился и встал плёнкой, кислотная капель полилась на её щит и зашипела уже там, наверху. Потолок сыпанулся в проход. Усатый метнулся во вторую секцию и выдернул оттуда двоих в коридор. Землевик снялся с рамы последним.

Водник вскочил, шагнул и запнулся о собственный кувшин, им же брошенный под ноги. Упал между скамьями.

У дамы кончилась мана, и её щит просел на глазах. Она сунулась свободной рукой в кошель с макрами, но пальцы не слушались.

Щит лопнул.

Полилось воднику на колени и ниже. Штанины поплыли вместе с кожей, пошёл пар. На шее у него полыхнуло и погасло, амулет отработал своё мгновение честно. Водник ударил по ногам ладонями и заорал.

Кислота протекла ниже и у самой стенки прожгла пол насквозь. В дыре замелькали шпалы.

Проводник слетел со своего лаза, на ходу сдирая куртку, накрыл ему ноги. Куртка задымилась вместе с рукавами. Он отдёрнул руки и уставился на ладони.

Водник кричал на одной ноте, набирал воздух и снова.

Ниже колен там спасать нечего, это читалось с одного взгляда. Я было кинулся к нему, но из дыры в полу вылезла плоская тварь размером с кошку, из тех, что цеплялись под вагонами. Я шагнул и вбил её каблуком обратно, под колёса. Даже железа не потратил.

Обернулся. А к раненому уже пробрался Ванька, на ходу выдёргивая ремень из штанов. Из хвоста бежали ещё двое, у одного в кулаке бинт.

— Выше колен вяжи! Оба жгута! — я поймал второго за плечо и развернул: дама сидела в проходе, держа перед собой руку с дымящимся рукавом. — Этой руку. Промыть нечем, значит, срезай рукав и вяжи сухим.

Мальчишка кивнул и присел к ней. Ванька уже затягивал ремень над коленом водника. Губы белые, глаза нараспашку, но руки делали.

Коллемболу достали с хвоста состава. Первый снаряд ушёл мимо, второй разорвался под ней, третий был усилен макровым. Земля под тварью вздыбилась и взяла её за ноги. Туша просела, упала на брюхо, и из неё потекло. Трава задымилась, а мелочь, сунувшаяся к туше, вмиг была сожжена кислотой.