Книга Один я остался без силы 3, страница 92 – Сергей Орлов

— Ярослав! — из-за угла вышла Краснова, её шаги были быстрыми и решительными, как всегда, когда ситуация требовала немедленных действий. — Мы получили сигнал от разведчиков. Кривцов начал наступление! Его войска в пятнадцати километрах от города!

Она выглядела настолько настоящей — с этой морщинкой между бровей, которая появлялась всегда, когда она беспокоилась, с прядью волос, выбившейся из обычно безупречной причёски, с той же родной, тёплой улыбкой. Вика протянула ко мне руку, словно звала пойти за собой.

И в этот момент я понял, что должен сделать. Сердце сжалось от боли, но другого пути не было. Женщина перед мной была не Красновой — лишь её идеальной копией, созданной из моих воспоминаний и чувств.

Я потянулся к Вике, но вместо того, чтобы взять её за руку, активировал свою способность. Мои пальцы удлинились, превращаясь в острые, смертоносные лезвия, и пронзили иллюзию насквозь, разрывая энергетическую конструкцию, как бумагу.

— Ярик… — её глаза расширились от шока и боли, в них промелькнуло что-то нечеловеческое — вспышка чистой энергии, скрытой под личиной. — Почему? Мы были почти… счастливы…

— Потому что ты не настоящая, — выдавил я, вырывая руку из созданного сущностями фантома, чувствуя, как каждое движение разрывает не только иллюзию, но и часть моей души, которая жаждала поверить в эту ложь.

Образ Красновой рассыпался черным пеплом, но из темноты уже выступали новые фигуры — Валун, Потехин, дети. Их лица выражали ужас и непонимание, словно они не могли поверить в то, что только что увидели.

— Ты предал нас? — голос Глеба дрожал, его глаза за стёклами очков наполнились слезами. — После всего, что мы пережили вместе? После всех жертв?

— Ты не Глеб, — прошептал я, чувствуя, как слёзы застилают глаза и тут же испаряются в межпространственной пустоте. — Настоящий Глеб где-то там, за пределами этого мира. И я найду его, чего бы мне это ни стоило.

Я должен был уничтожить каждую иллюзию, чтобы прорваться через ментальную тюрьму. Одну за другой, разбивая собственное сердце с каждым ударом, зная, что выбора нет.

Валун бросился на меня, его огромные кулаки замелькали в воздухе с той же страшной скоростью, которую я всегда уважал в реальных сражениях. Но теперь они были просто оружием мысленной конструкции, созданным, чтобы сломить меня.

Я перехватил его атаку, используя силу и скорость, которые невозможны в физическом мире, и оторвал фальшивому другу голову. Она рассыпалась дымом ещё до того, как коснулась пола, а глаза Валуна, смотрящие на меня с неестественного ракурса, полыхнули той же нечеловеческой энергией, что и глаза Красновой.

Потехин попытался скрыться в тенях, его тело начало растворяться в обманчивой темноте коридора, но я последовал за ним, используя ту же способность, которую когда-то освоил благодаря настоящему Михаилу. В пространстве между тенями мы столкнулись, два призрака в мире, лежащем за гранью материальной реальности, и я разорвал его иллюзорное тело на части, чувствуя, как чуждая энергия, притворявшаяся моим другом, расползается между пальцами.

Тяжелее всего было с детьми. Они не нападали, просто стояли, глядя на меня с немым укором, их маленькие фигурки казались особенно беззащитными в полумраке коридора. Кирюша крепко сжимал своё последнее изобретение, его пальцы дрожали, а в глазах стояли непролитые слёзы предательства. Алёша держал перед собой руки, словно пытаясь защититься, но без тени агрессии — просто рефлекторный жест ребёнка, видевшего слишком много насилия.