Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 61 – Сергей Орлов

Следующая сцена показала ужасную картину. Люди-маги с пылающими аурами и мечами врывались в дома джиннов, разрушая всё на своём пути. Потоки магического огня вырывались из их рук, превращая в пепел всё, к чему прикасались. Они оскверняли святилища, взрывая статуи заклинаниями и испепеляя древние свитки.

Внезапно видения закончились, и я снова оказался в подземной камере. Голова кружилась, колени подкашивались, словно после долгого бега. Зара стояла рядом, тяжело дыша, её глаза были широко раскрыты от пережитого.

— Ты… ты тоже видел? — прошептала она.

— Да, — кивнул я, пытаясь собраться с мыслями. — Историю города. Договор с джиннами.

— И его нарушение, — Зара поёжилась.

Мы помолчали, переваривая увиденное. Медальон-татуировка на моей груди всё ещё тепло пульсировал, но уже не так интенсивно. Символы на стенах продолжали светиться, но теперь их свет был ровным, не мерцающим.

— Нужно выбираться отсюда, — я огляделся. — Наверх не залезть, слишком высоко.

— Должен быть другой выход, — Зара указала на тёмный проём в одной из стен, который раньше не был заметен. — Возможно, это коридор.

Мы двинулись к проёму. Действительно, это был узкий коридор, едва освещённый отблесками светящихся символов. Стены здесь тоже были покрыты странными знаками, но они не светились так ярко.

Коридор петлял, уходя всё глубже под землю. Иногда он сужался настолько, что приходилось протискиваться боком. Несколько раз мы проходили через небольшие камеры, похожие на ту, куда провалились, но меньше размером.

Наконец коридор закончился, выведя нас в просторный круглый зал. В центре его возвышался алтарь — тот самый, что мы видели в видениях. Синий огонь на нём давно погас, но сам камень выглядел нетронутым временем.

И возле алтаря стояла фигура, которую я сразу узнал.

— Ясиф? — недоверчиво произнёс я, щурясь в полумраке.

Наш проводник медленно повернулся к нам, и в тот же миг его глаза вспыхнули внутренним светом — не человеческим, а древним, как само время. Золотистые языки пламени плясали в его зрачках, выдавая истинную природу того, кого мы считали простым бедуином.

— Ясиф нет и никогда не было, — произнёс он голосом, в котором слышался шелест песка и треск костра. — Есть только Фазиль ибн Шамс, последний из тех, кто помнит этот город во времена его величия.

Воздух вокруг нашего «проводника» задрожал, подобно миражу в пустыне. Его человеческая форма начала расплываться, текучими волнами преображаясь во что-то иное. Обычная одежда бедуина растворилась дымкой, уступая место переливающимся потокам, напоминающим расплавленную медь с золотыми прожилками. Тело вытянулось вверх, словно растущая в ускоренном темпе финиковая пальма, пока фигура не возвысилась над нами почти на две головы.

Глаза, ещё минуту назад казавшиеся обычными человеческими, теперь полыхали как два раскалённых угля, в глубине которых плясали золотые искры. Кожа приобрела полупрозрачность, сквозь неё просвечивали потоки энергии, циркулирующие подобно крови по жилам.

— Джинн, — выдохнула Зара, её глаза расширились от удивления. — Настоящий джинн из древних легенд!

В её голосе странным образом смешались восторг и страх. Она словно разрывалась между детским восхищением от встречи с мифическим существом и пониманием опасности нашего положения.