Книга Ненавижу тебя, мажор, страница 36 – Ева Енисеева

Я распахнула дверцу. Он не соврал. Холодильник сиял стерильным, пустынным холодом. Стало немного грустно. Эта огромная роскошная квартира такая красивая, но в ней не было и намёка на жизнь, на уют.

— Видишь? — он подошёл сзади, обнял меня за талию и прижал подбородок к моему плечу.

— Это неправильно, — прошептала я, глядя на пустые полки. — После банкета планируй поездку в супермаркет, Вершинин, это никуда не годится.

Он развернул меня к себе, его руки легли мне на бёдра.

— Хочешь сказать, тебя смущает не моя репутация мажора и подпольного бойца, а содержимое моего холодильника?

— Ну как же, бои меня тоже смущают, — ответила я осторожно.

Мы стояли у окна, и я смотрела на раскинувшийся внизу город.

— Давай заключим сделку? — наконец предложила я.

Он хитро прищурился.

— А не боишься?

Боялась ли я Вершинина?

Сначала да. Очень.

Ведь он непредсказуемый, резкий. первобытно-яростный. Он тот, от кого надо держаться подальше. И эта дистанция — вопрос выживания!

И вообще — он Вершинин — этим всё сказано!

Потом…

Потом мне стало казаться, что страх ушел. Растворился в лучах уязвимости, которой Стас поделился со мной прошлой ночью. Его смыло нежностью. А может и любовью?

И теперь…

Теперь я понимала — я боюсь его сильнее, чем когда-либо.

Не его гнева, не его силы, не импульсивности.

А той связи, что между нами образовалась.

Его уязвимость каким-то непостижимым образом пробралась ко мне в душу и устроилась там с комфортом — жить.

И я уже не могла представить себя без него.

— Ты перестаёшь драться, а я научу тебя готовить? — предложила я.

Его губы дрогнули в усмешке.

— Солнце, ты хочешь дать бойцу в руки нож? Уверенна?

— Кухонный! — запротестовала я.

— Да хоть канцелярский.

Он подхватил меня под бёдра и усадил на холодную столешницу кухонного острова

— Нам пора ехать в общежитие! — взвизгнула я, когда он притянул мои бёдра к себе.

— Зачем?.. — Он уже развязывал мой, то есть его, халат.

— Собираться на банкет? — ответила я, останавливая его руки.

— У тебя есть бельё и платье, тебе надо что-то ещё? — уточнил он, всё-таки победив меня и теперь забираясь под ткань, целуя в шею.

У меня всё внутри снова наэлектризовалось. Захотелось повторить то, что мы делали ночью.

— У меня нет косметички, — выдохнула я.

— Тебе не нужна косметика, ты и так красивая.

Он чувственно прикусил кожу моей шеи, тут же оставив на этом месте влажный след.

— Но это же важное мероприятие, я волосы не уложила…

— Я так и знал… Сейчас приедет стилист моей последней мачехи. У неё всё с собой, — сказал он, почти не отрываясь от поцелуев.

— Что?!

В этот момент прозвучал звонок домофона.

— А вот и она, — уныло прокомментировал Стас. — Надеюсь, вы быстро закончите, и я смогу закончить то, что начал.

Он пошёл открывать дверь, а я, в панике, искать одежду.

Через минуту я была в новом белье и в том самом светлом платье, которое мы выбрали накануне.

— Стас, застегни, пожалуйста? — позвала я, пока стилист поднималась на наш стопятисотый этаж.

Он подошёл.

Встал сзади.

Его пальцы коснулись молнии. Собачка медленно, очень медленно поползла вверх. Он наклонился, и я почувствовала, что его губы почти коснулись моего уха.

— Маша…

— Что? — прошептала я, не находя воздуха.

— Тебе идёт, — сказал он.