Книга Развод: Проживу без тебя!, страница 97 – Зина Зиночкина

Он сделал короткую, профессиональную паузу. У меня внутри всё замерло. От этого звонка зависело, смогу ли я выполнить свою часть договора с инвесторами и закупить то самое профессиональное оборудование для нового цеха.

— Ваша заявка на открытие коммерческой кредитной линии одобрена, — ровно произнес управляющий. — Одобрена на полную сумму, по индивидуальной, сниженной ставке для перспективного малого бизнеса. И, что самое главное, Варвара Дмитриевна, учитывая чистоту вашей юридической истории и отсутствие имущественных обременений, комитет утвердил выдачу средств без привлечения поручителей. Кредитная линия открыта исключительно под ваше честное имя и активы вашего бизнеса. Мы ждем вас в понедельник для подписания договора.

В комнате повисла такая тишина, что я слышала, как за окном ветер раскачивает ветку тополя.

— Я… я поняла вас, Илья Сергеевич. Спасибо. Я буду у вас в понедельник к десяти утра.

— Отличных выходных, Варвара Дмитриевна. Рады видеть вас в числе наших ключевых клиентов.

Я положила телефон на пол. Экран погас.

Вика сидела напротив, замерев с открытым ртом, из которого едва не вываливалась недоеденная пеперони.

— Мать… — прошептала она, наконец сглотнув. — Это то, о чем я думаю?

Я медленно кивнула.

Ровно месяц назад в моем старом, потертом кошельке лежала одна смятая пятисотрублевая купюра и горсть медяков. Месяц назад мой муж, уходя в элитный пентхаус, заблокировал мою карту, уверенный, что я умру от голода в этих самых стенах. Он считал меня нулем. Приложением. Удобной функцией.

А сегодня один из крупнейших банков страны, изучив мои документы, доверяет мне миллионы. Без поручителей. Без мужа, который должен был бы ставить свою «весомую» подпись. Они дали эти деньги лично мне. Моим рукам, моему труду, моему таланту.

Я официально стала финансово независимым, сильным и надежным субъектом в этом жестком мире.

Я посмотрела на свои руки. Мелкие шрамы от горячих противней никуда не делись, но кожа была ухоженной, а ногти — аккуратными. Это были руки женщины, которая умела строить города из пепла.

Я больше не была ничьей тенью. Я не была пылью под чужими ботинками. Я была Варварой Зиминой — пока еще Зиминой, но это ненадолго, — и я только что получила ключи от своего собственного, огромного мира.

— Ну, — я подмигнула онемевшей Вике, поднимая свой кусок пиццы, словно бокал с шампанским. — За наше новое предприятие, коммерческий директор Матроскина?

Вика взвизгнула так, что, наверное, услышали на первом этаже, и бросилась мне на шею, едва не размазав сыр по моему свитеру. Мы смеялись, сидя на полу пустой квартиры, и этот смех был самым чистым, самым громким звуком, который когда-либо слышали эти стены.

от лица Артура

Последний стальной уголок, удерживающий массивную столешницу из мореного дуба, встал намертво. Я с нажимом провернул шуруповерт, загоняя саморез по самую шляпку, и вытер лоб тыльной стороной предплечья. Металл не терпит суеты. Металл требует точного расчета и твердой руки. Точно так же, как и новая жизнь, которую я прямо сейчас выстраивал в стенах своего дома.

Воскресное утро выдалось морозным и слепяще светлым. Солнце заливало комнату на первом этаже — ту самую, южную, которая три года простояла пустой гостевой, собирая лишь пыль и мои глухие шаги по коридору. Теперь её было не узнать.