Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 66 – Анна Варшевская

— Простите, — говорит спустя секунду. — Мне не следовало выходить вам навстречу вот так сразу. Я не подумал.

— Вы… кто такой? — спрашиваю хрипло и тихо.

— Меня зовут Альберт Сергеевич, — он наклоняет голову.

А деда Феликса звали Арнольд Сергеевич… но я понятия не имела, что у него есть… брат?! Никогда ни слова об этом не слышала!

Но сейчас меня больше интересует другое.

Что он здесь делает и чем мне это грозит?

— И что вы здесь делаете? — продолжаю смотреть на него настороженно и с подозрением.

Верить я в этом доме не могу никому… но поднявшаяся было паника постепенно отступает. Может быть, потому что мужчина продолжает стоять не двигаясь, спокойно опустив руки, и никакой угрозы от него вроде как не исходит. А может потому, что моя нервная система за сегодня исчерпала свой резерв.

— Пришёл спросить вас, не хотите ли вы что-нибудь съесть или выпить чаю? — уточняет Альберт Сергеевич.

— С чего вдруг такое дружелюбие? — мой тон далёк от вежливого, но и ситуация сейчас к вежливым расшаркиваниям не располагает.

— Аврора Романовна, — говорит мягко он, — я не в курсе всей ситуации… но вы сейчас гостья в этом доме.

— Сомнительно! — у меня вырывается немного истеричный смешок. — Скорее пленница!

— Ну что вы… — укоризненно произносит старик. — Вот, я принёс.

Достаёт из кармана пластиковый прямоугольник и, потянувшись, кладёт на комод возле двери.

— Это магнитный пропуск для прохода через пункт охраны и лифта. Вы абсолютно свободны и можете ходить туда, куда вам нужно, — говорит спокойно. — Это распоряжение Феликса Эдмундовича.

О, надо же, Великий и Ужасный показывает свою демократичность? Ну теперь-то чего бы и нет, после того как лишил меня девственности и предъявил свидетельство о браке! Я же от него всё равно никуда не денусь! Интересно, у меня паспорт вообще действителен? Раз в ЗАГСе сделали запись о том, что я поменяла фамилию, мне, наверное, и остальные документы менять нужно… Значит, недействителен. Или штраф какой-то придётся платить.

В очередной раз помянув про себя младшего Фридриха незлым тихим словом, снова смотрю на продолжающего стоять в дверях старика.

— Почему вы зовёте его полным именем? — уточняю подозрительно. — Вы же… родственники? Разве нет?

— Так проще для нас обоих, — качает головой он. — Я работаю здесь.

— Здесь — это где? — не понимаю, о чём он.

— Здесь — это здесь, в доме, — чуть улыбается старик.

Странно, но, когда он улыбается, мне вдруг становится немного легче. Наверное, оттого, что от уголков глаз у него разбегаются морщинки и сходство с дедом Феликса становится не таким сильным и пугающим. Вообще не помню, кстати, чтобы видела Арнольда улыбающимся.

И только потом до меня доходит, что именно он сказал.

— Работаете? На Феликса?! В доме?

Что за… какой-то сюр!

— Аврора Романовна, может быть, я всё-таки принесу вам поесть, и вы зададите вопросы, которые у вас, безусловно, возникли? — Альберт снова улыбается.

— Спасибо, я не хочу есть, — машинально качаю головой.

Аппетита действительно нет. Мне вообще кажется, что если проглочу хоть кусочек — меня немедленно вырвет!

В ту же секунду в голову вдруг приходит пугающая мысль, и меня накрывает ужасом.

А что, если я… забеременела?!

На мгновение воздух в лёгких в очередной раз за этот долгий день кончается, перед глазами темнеет…