Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 67 – Анна Варшевская

— Аврора Романовна?! — встревоженный голос, но я вытягиваю руку ладонью вперёд, мотаю головой, силясь продышаться.

— Я…. в порядке… — выдыхаю кое-как. — Я… наверное, выпила бы чаю…

— Отлично, сейчас принесу, — слышу от двери, потом удаляющиеся шаги.

Смаргиваю слёзы, выступившие на глазах, смотрю на трясущиеся пальцы. Так и свихнуться недолго…

Нет. Не могла я забеременеть. Он же… ну… ничего в меня не сделал, так ведь? Это же не так быстро происходит! Или происходит? Чёрт подери, из-за того, что в памяти всё плывёт, я не могу понять, а что, собственно, успел Феликс. То есть, понятно, что невинности я лишилась… и он не предохранялся. Кажется. Нет, не предохранялся, он бы не успел.

Тяжело дыша, заставляю себя вынырнуть из воспоминаний. Без толку сейчас прокручивать всё это внутри снова и снова, что случилось — то уже случилось. Будем надеяться, что никаких последствий не наступит. Но к врачу сходить, наверное, всё-таки придётся.

— Чёртов говнюк! — выговариваю себе под нос и тут же вскидываю голову, потому что снова слышу шаги.

— Аврора Романовна, чай, — в комнату заходит Альберт с подносом, но, сделав шаг ко мне, останавливается. — Вы не против, я поставлю его вон на тот стол, поближе к вам? Не бойтесь, я сразу отойду, если вам некомфортно.

— Да, хорошо, — соглашаюсь, наблюдая за стариком, который делает именно то, что сказал.

Очень интересно. Он говорит, что не знает всей ситуации. Но при этом понимает, что я до дрожи в ногах боялась и боюсь деда Феликса. А вот Феликс… этого не понял. Ему это даже в голову не пришло.

Что-то я тоже ничего не понимаю.

— Почему вы… — начинаю спрашивать и в растерянности замолкаю, не зная, как сформулировать вопрос.

— Вы попейте, Аврора Романовна, — Альберт сочувственно кивает на чайник и чашку рядом со мной. — Я сначала вам сам представлюсь немного. А потом уже отвечу на ваши вопросы.

— Я действительно брат деда Феликса, — говорит старик негромко. — Только не родной, а сводный. У нас был один отец и разные матери. На моей матери наш общий отец женат не был, собственно, жена у него была одна — мать Арнольда. И близких отношений мы не поддерживали.

— Зачем вы мне всё это рассказываете? — уточняю подозрительно.

Ну правда. Для чего? Вообще, всё это выглядит, как какая-то дешёвая мелодрама. Сводные братья, любовницы, вторые семьи…

«Ой, а то можно подумать, у тебя сейчас жизнь не превратилась в дешёвую мелодраму!»

Скорее, в хоррор с элементами детектива, — думаю про себя мрачно.

— Вы не перестанете меня бояться, если не поймёте, кто я, — терпеливо объясняет Альберт. — Позвольте, я сяду?

— Разумеется, — киваю на кресло напротив. — Но я вас не боюсь, это во-первых, — говорю уже увереннее, хоть и понимаю, что вру сама себе, да и ему заодно. — А во-вторых, даже если бы боялась — вам-то что?

— Почему нормальный адекватный человек должен хотеть, чтобы его боялись? — отвечает вопросом на вопрос Альберт.

— Спросите у вашего внучатого племянника! Раз уж не можете спросить у сводного брата по причине его отсутствия в мире живых — и слава богу! — выпаливаю эту тираду на одном дыхании, и только потом прикрываю рот рукой, сообразив, что сказала.

Как бы там ни было, это грубо с моей стороны.

— Извините, — выдавливаю из себя и отворачиваюсь к окну.