Книга Фея и Тот Самый Один, страница 35 – Наталия Романова

Прошёлся легчайшими поцелуями по абрису лица, останавливаясь у виска, чувствуя губами несущийся пульс, аккуратную ушную раковину, местечко за мочкой, пробежался по щеке, остановился у уголка губ, спрашивая разрешение.

Дрогнувшие губы послужили сигналом. Мягкие, податливые, сладкие, уносившие в сладкий омут, обещающие неземное блаженство, фантастическое. Он проник языком в горячий рот, преодолевая крохотное сопротивление, надавив на затылок, настойчиво массируя, быстро добился ответа, постепенно и настойчиво углубляя поцелуй. Переступал мелкими шажками в сторону собственной двери, там до кровати рукой подать.

Рука сама опустилась вниз, подтянула подол, быстро подняла, скользя по стройной ноге, надавливая с приемлемой силой, дошла до ягодицы в чём-то крохотном, кружевном.

Леонид окончательно потерял себя. Увидеть это кружево, снять его, сорвать – вот его желание, рефлексы условные и безусловные, основной инстинкт.

Дверь открылась легко, Фея шагнула за порог, ведомая им, горячо выдохнула, запыхавшись от бешеного поцелуя, тут же открыла глаза, словно очнулась.

— Хочу тебя, – не теряя времени, заявил Леонид, не выпуская из рук спутницу, отставив прочь формальности с обращением на «вы».

— Я… я не могу… там Миша, – начала вырываться Фея.

— Миша? – Леонида словно ледяной водой окатили.

Миша? Какой к чёрту Миша? При чём тут Миши всех мастей, размеров и расцветок? К собачьим потрохам любых медведей!

— Сын, – запыхаясь, ответила Фея. – Ему семь лет, он один, там, – показала она на собственную дверь.

— Сын? – хмурясь, переспросил Леонид.

— Ну да, сын. Вдруг ему что-то понадобится, а меня нет…

— Точно дело только в сыне? – отшагнув, уточнил Леонид.

В глазах мутилось, дыхание сбилось, голова отказывалась адекватно воспринимать информацию. Каждая клетка организма была настроена на секс, не абстрактный секс, а с конкретной женщиной – Феей, если бы Леонид не убрал руки от желанного тела, он не смог бы за себя ручаться. А брать силой женщину – увольте…

— Точно, – кивнула Фея, виновато глянув на Леонида. – Я пойду?.. – не то спросила она, не то поставила в известность и тут же выскочила из квартиры, через несколько секунд мелькнув пышной юбкой в своих дверях.

Попытка привести себя в чувства под холодной водой не увенчалась успехом. Перед глазами стояла шея, мочка уха, серёжка, мерно покачивающаяся. Тело отчётливо ощущало каждый женский изгиб, словно Фея была с ним под этими ледяными струями. В итоге не выдержал, закрыл глаза, отдаваясь фантазиям, и почти сразу дошёл до логического финала.

Как не странно, спал как убитый, отлично выспался. Утром съел дежурную яичницу, пообещав себе, что вечером обязательно заскочит в магазин, возьмёт в кулинарии сырники или блины, что-то, что не жареные яйца.

Вышел в положенное время, следы вчерашнего междусобойчика были убраны. Вызвал лифт, посмотрел на дверь Феи. Сын, значит, семи лет… что ж, сын так сын.

Быстро подошёл к двери, позвонил. Фея почти сразу открыла дверь, уставилась на гостя, моргая уже накрашенными ресницами. Интересно, она и спит в макияже?

— Прости, я на секунду, – шепнул он, потянув на себя Фею, та растерянно подалась, прикрыла дверь, вопросительно посмотрела на Леонида.

Обхватил лицо напротив ладонями, провёл большими пальцами за мочками, нагнулся и коротко поцеловал, вдыхая со всей силы аромат парфюма и полусонной женщины. Сладко.