Книга Фея и Тот Самый Один, страница 38 – Наталия Романова

Положила в корзину несколько яблок, болгарский перец, покрутила баклажан, отложила, прошлась по молочному отделу, подошла к прилавку с кулинарией. Готовить сил не было, я смотрела на огромный выбор салатов, прикидывая, какие шансы на то, что Миша ими не отравится. Со мной, понятно, ничего не случится, за последний год чего только не побывало в желудке, до замужества тем более. За здоровье же сынишки я боялась не на шутку.

— Эти сырники вкусные? – услышала я озадаченный голос того, кого никак не ожидала увидеть в интерьерах продуктового магазина.

Впрочем, почему нет, учитывая кастрюльку в жизнерадостный горошек с голубцами в самую первую нашу встречу. Интересно, это его девушка приготовила? Хозяйственная. Не удивительно, у такого-то мужчины, наверняка, завышенные требования к своей женщине. Родя бесконечно что-то требовал и указывал.

— Вкусные, – широко улыбнулась продавщица в фирменном, отглаженном костюме.

— А эти? – продолжал допытываться Лёва.

— Эти с ванилином, – важно ответила работница торговли. – С корицей, пожалуйста, – победно произнесла. – И с изюмом! – провозгласила в конце, не хватило фанфар на заднем плане.

Я посмотрела на озадаченного соседа, который хмурился, потирал гладковыбритый подбородок, переводил взгляд от лотка к лотку. Кажется, кто-то забыл разницу между ванилином и корицей.

— С ванилином возьмите, – вмешалась я. – И с изюмом можно, – на секунду я замолчала, встречаясь с внимательным, отчего-то радостным взглядом Лёвы.

Он действительно рад встрече? Со мной? Не может быть! Я вчера оставила его без сладкого, если секс со мной считать за сладкое, конечно…

— Или лучше ничего не берите, я напеку вам сырники, – пролепетала я, как под гипнозом, с опозданием сообразив, что выглядит моё предложение, как навязывание.

— Правда? – искренне засиял Лёва. – Буду рад. А когда? – совсем по-мальчишески спросил он.

Один в один, как Миша, я даже растерялась на пару секунд, такого ведь не может быть. Миша не похож на отца, скорее на меня, но и на соседа-художника он похож быть не может.

— Сегодня, – погорячилась я.

Состояние у меня было такое, что единственное, что могла на самом деле – это упасть на кровать, закрыть глаза и не открывать, только такая роскошь мне не снилась последний год. Почему бы не добавить к проверке уроков и обязательному массажу сынишке, приготовление сырников для шикарного соседа.

— Повезло… – блаженно закатил глаза Лёва. – Спасибо!

— Пока не за что, – улыбнулась я.

Хорошая у него улыбка, добрая, искренняя, подкупающая, так и в мужчин поверить можно, и в человечество в целом.

Вышли из магазина вместе, Лёва осмотрелся на тесной парковке, повернулся ко мне, спросил:

— Где твоя машина?

— Сломалась, – пожала я плечом. – По непроверенным данным сел аккумулятор, я хотела сегодня заказать, но диспетчер столько вопросов задавала, что… – я стушевалась, выглядеть совсем дурочкой не хотелось.

Достаточно того, что в Европе я не жила, хоть и часто бывала в бытность с Родей, иностранных языков не знала, даже пресловутый английский, который знали все, включая Мишу.

— Прошу, – Лёва никак не отреагировал на запинку, показал на свой шикарный автомобиль приглашающим жестом, открыл пассажирскую дверь и отправился к багажнику, устраивать наши пакеты из магазина.