Книга Фея и Тот Самый Один, страница 82 – Наталия Романова

Заключения обещали на следующий день, некоторые сегодня, в целом же прогнозы Леонида подтвердились.

Один – не бог. Никто не бог. На внезапное чудо надежды не было, оставалось только сотворить это чудо своими руками. Каким образом? Каким угодно! Любым!

— Ты молодец! – честно похвалил Мишу Леонид.

Действительно молодец, ещё какой. Ни разу не пикнул, не скуксился, не начал капризничать, несмотря на то, что заметно устал.

— Держи, – протянул заслуженный зажим.

Вообще-то, чтобы добыть вожделенный инструмент, пришлось кланяться в ножки старшей операционной медсестре, раболепно вильнуть хвостом и пообещать пару Лун с неба, после чего Антонина Петровна снизошла, пообещав вырезать почку и забрать литров семьсот крови в случае надобности. Субординация субординацией, а операционная сестра операционной, особенно старшая. Здесь подход нужен и уважение.

— Я вас догоню, подождите внизу, – обратился он к Фее.

Рабочий день закончился, он мог отправиться домой, посветить время прелестной соседке и её сыну. В парк, например, сходить или в кино, как раз шла премьера детского фильма. Чем угодно заняться, лишь бы быть рядом. Прикипел, прирос сердцем, как-то вдруг, противиться не собирался. Не хотелось упускать возможность побыть рядом, поближе познакомиться.

Завибрировал телефон. Приёмный покой. Леонид отошёл от Феи, стоящей рядом с Мишей, оба с одинаковым интересом разглядывали простой диссекционный зажим. Интересная наверняка штука, когда первый раз держишь в руках.

— Леонид Борисович, спуститесь, – раздался голос дежурного по нейрохирургии. – ДТП, три тяжёлых, два средней тяжести, всех к нам.

— Понял, – коротко ответил он.

— Простите, – развёл руками, подходя к тем, с кем собирался провести время.

Вроде накануне честно сказал, что планы с ним строить – время терять, но стало неудобно, паршиво как-то. Как же иногда задалбывало то, что твоё время тебе не принадлежит, а зависит от пьяных водителей, несчастных случаев, оторвавшихся тромбов…

— Иди, конечно, – закивала Фея, взмахнув руками. – Людям нужна помощь, мы всё понимаем. Правда, Миш?

— Конечно, – серьёзно ответил Миша. – Мы когда в аварию попали, врачи сразу приехали и потом рядом были, один даже всю ночь из палаты не выходил.

— Тогда до встречи, – подмигнул он пацану, протянул руку для прощания, тот ответил на рукопожатие.

— Лёва! – услышал, когда отошёл на небольшое расстояние, обернулся.

К нему спешно шла Фея, переставляла стройные ноги на каблуках, прикрытых синими бахилами, и даже эти уродливые мешки не портили общего вида. Юбка до середины коленей, стильный пиджак, аксессуары, полный макияж, яркая улыбка, такая, что светлее становится вокруг, как от солнышка в погожий день. Сказочная улыбка.

— Да? – улыбнулся он.

— Тебе очень идёт эта шапочка, – поправила кокетливым жестом хирургическую шапочку детской расцветки с яркими медвежатами.

У Леонида и хирургичка была такой весёленькой расцветки, он в ней обходы делал, малышне не так тревожно, ему легче и спокойней работать. Частенько щеголял нарядным, то с цветочком за ухом, подаренным восторженной поклонницей трёх лет от роду, то с наклейками на руках – результатом долгого общения с родителями и скуки малыша.

— Спасибо, – расплылся в улыбке Леонид.

— До вечера, – шепнула Фея. И совершенно по-девчоночьи чмокнула в щёку, где-то в районе уха.