Книга Непристойное положение, страница 48 – Вэл Килмер

А в гневе она была еще красивей.

Снова возник образ ее безупречной груди с розовато-коричневыми сосками. Он остановился, покачнувшись.

В первый раз, когда он коснулся ее, она едва упала. Во второй ее мутило. В третий она сама поцеловала его. Он был ранен и обезвожен, и ночью она грела его, сторожила дыхание.

Что потребуется для того, чтобы он признал правду и сделал то, что должен? Оказаться при смерти? Она должна оказаться при смерти?

Опершись о колонну, он почувствовал себя ничтожным. Он таким и был. Мелкая букашка под огромным пасмурным небом. Перед бесконечным океаном. Если будет ураган сегодня ночью, он же ничего не сможет сделать. Клятва… Он дал сколько мог. Но он не всесилен.

И откуда только эти упаднические мысли.

«Ей богу мне следовало бы сходить к пастору и покаяться в унынии», — заключил Оливер.

Он вошел и крикнул:

— Иза?! Где ты?!

Вышла экономка.

— Леди у себя отдыхает, позвать?

Экономка была черной, полной, добродушной женщиной. На него много черных работало. Все его благополучие держалось на них. Он как никто знал, что делают с черными белые господа, и никогда не был жесток. Он жил с ними бок о бок, и не замечал цвета кожи. Люди как люди.

— Не надо, Нэнни. Я напился. Пойду спать.

— Как скажете. Вот только она вещи собирает. Говорит, что едет к леди Хардинг жить в качестве компаньонки.

Опьянение тут же оставило его.

— Ах так! — прорычал он.

Перемахивая разом через две ступеньки, не обращая внимания на рану, Оливер взлетел по лестнице и буквально ввалился в ее комнату. Изабелла вскрикнула. Она действительно укладывала в коробку шляпу.

— Что это ты задумала?! Неблагодарная!

Оливер подскочил и вырвал шляпу, бросил на пол.

— От тебя разит как от кабака!

— Вы… Ты. Сэр, мистер Вентворт! Выбери уже наконец тон! И определи свое ко мне отношение! — подспудно мелькнула мысль, что он требует скорее этого от себя по отношению к ней.

— Ты обезумел?

Оливер схватил Изабеллу за лицо и приблизил к своему. Страха в ее зеленых глазах не было, только вызов. Она хмуро смотрела, не мигая. Он ощутил как приятно от нее пахнет. Ее амулет висел на шее, уютно устроившись в ложбинке между грудями. Курчавые волосы щекотали тыльную сторону ладоней.

— Тебе только девятнадцать. Ты выросла в уютном доме. Ты понятия не имеешь, что с тобой может сделать мир. — И добавил: — И мужчины.

Она взяла его за кисти и попыталась освободиться.

— Ты решил мне рассказать или показать? Прямо сейчас?

— Я выбрал Пакстона, потому что он станет тебя слушать. Или по меньшей мере не доставать. Что тебе еще нужно?

— Я не хочу замуж за сонную муху. Чтобы самой от скуки дремать. не хочу разжиреть к концу, объедаясь от скуки и лени.

— А что тогда? Жить у Хардинг? Там будет веселее? О да. У нее же взрослый сын, а у него квелая худосочная жена. Ты будешь сочным лакомством для него. Он известен тем, что ночью любит прошвырнуться по лачугам.

Он отпустил ее толкнув, и она споткнулась и упала в кресло. Но это было не все. Оливер подступил к ней, схватил за лиф платья и дернул. Ткань треснула. Она даже не вскрикнула.

Звук пощечины зазвенел у него в ушах.

— Убирайся к черту! — твердо велела Изабелла.

Он словно пришел в себя. Ноги подкосились и он рухнул на колени. Потерянно огляделся, проведя рукой по волосам. Потом посмотрел на Изабеллу, держащую лиф платья.