Книга Тайна спящих детей, страница 51 – Марина Исайр

— Никто не объявляет, — ответил Рей, положив папку на стол перед ним. — Но теперь нам нужно выяснить, где хранятся вещи Лиама, кто имел доступ к его лечебному делу и когда Эстерия в последний раз посещала старый корпус. Если ответы окажутся обычными, мы продолжим поиск. Если нет, разберём каждый отдельно.

Дамиан опустил взгляд на документы и коротко кивнул. Спорить с такой формулировкой он не стал, хотя по напряжённым плечам было видно, каких усилий ему стоило принять саму необходимость проверки.

В конце папки находилась опись вещей, переданных матери после смерти мальчика. Рей прочитал список дважды, задержавшись на нескольких строках: одежда, деревянная лошадка, две книги с картинками, маленький серебряный колокольчик и серо-голубой шерстяной плед с вышитой буквой «Л».

При упоминании пледа я вспомнила нашу первую встречу с Эстерией. Тогда она пыталась одновременно удержать корзину, книги и свёрнутую детскую ткань, а Дамиан уговаривал её отдать ему хотя бы часть вещей.

— У неё был плед, когда мы познакомились в лечебнице, — произнесла я, медленно поворачиваясь к Дамиану. — Серо-голубой. Я не видела вышивку, но цвет совпадает.

Он закрыл глаза на короткое мгновение, словно уже знал, что скажет дальше.

— На краю была белая буква «Л», — признал Дамиан, сжав ладонь на подлокотнике. — Плед начал разворачиваться, и я поправил ткань. Эстерия сказала, что он старый, но хорошо сохраняет тепло. Я решил, что вещь принесли для кого-то из детей.

Рей сразу направился к выходу, по дороге распорядившись вызвать двух стражей и предупредить ночного лекаря Святой Миры. Дамиан поднялся следом, но возле двери задержался и посмотрел на фотографию Лиама, оставшуюся под лампой.

— Я поеду с вами, — произнёс он, расправляя смятый рукав. Голос снова звучал ровно, хотя лицо заметно побледнело. — Если Эстерия не связана с ритуалом, ей будет легче говорить со знакомым человеком. Если связана, я хочу услышать правду от неё самой.

Лечебница встретила нас приглушённым светом, запахом трав и редкими шагами ночных дежурных. За окнами начался дождь, капли тихо ударяли по стеклу, а в коридорах было так спокойно, что происходящее в старом корпусе казалось частью другого мира. Дежурная лекарка узнала Дамиана и сразу проводила нас на второй этаж, где лежали спящие дети.

Эстерию мы увидели возле палаты Норы. Она сидела в кресле у кровати и негромко читала книгу, хотя девочка не могла её услышать. Серо-голубой плед лежал поверх одеяла, закрывая Нору почти до плеч, а белая вышитая буква виднелась возле самого края.

Дамиан остановился в дверях. На мгновение в его лице появилось облегчение: Эстерия не скрывалась, не бежала из города и не проводила тайный ритуал в заброшенном здании. Она просто сидела возле ребёнка, поправляла сползавший плед и время от времени замолкала, словно всё ещё надеялась увидеть движение ресниц.

— Эстерия, — позвал он, входя в палату.

Она подняла голову и тепло улыбнулась, но, заметив Рея и двух стражей в коридоре, сразу стала серьёзнее. Книгу женщина закрыла, вложив палец между страницами, после чего осторожно поднялась, стараясь не потревожить Нору.

— Вы нашли что-нибудь в академии? — спросила Эстерия, переводя взгляд с Дамиана на меня. — Виолу задержали?

— Академическая мастерская не связана с отделением детских сознаний, — ответил Рей, оставаясь возле двери. — Нам нужно поговорить с Вами о другом. О старом корпусе и Вашем сыне.