Книга Судьба, начертанная кровью, страница 192 – Даниэль Л. Дженсен

И он отказывался от мести за нее. Искренне ли он желал сбежать со мной? Или всего лишь стремился спасти мне жизнь?

— Бьорн… – Я осеклась, боясь спрашивать вслух, ведь уже держала в руках то, чего так отчаянно желала, и не хотела все испортить, заставив Бьорна усомниться. Однако я знала, что вопросы неизбежны и лучше задать их сейчас, чем потом. – Я не хочу, чтобы ты пожалел об этом выборе.

Не хочу, чтобы он пожалел, что выбрал меня.

— Фрея…

Я стояла у самой воды, устремив невидящий взор на завихрения пара. Перед глазами вспыхивали видения нашего будущего: Бьорн, которого все больше снедала горечь, злоба, что из-за меня он отрекся от своего истинного предназначения, бесконечные склоки, ночи, что мы проведем, отвернувшись друг от друга, разделенные ледяной пустотой. Глаза защипало, сердце сдавила тисками боль, такая, будто все это уже свершилось.

Шаркнул сапог, колыхнулся пар. Бьорн обхватил меня за талию, прижал к груди, скользнул подбородком по виску.

— Нет такого будущего, где я бы пожалел, что выбрал тебя.

Я судорожно втянула воздух, а он словно и не попал в легкие. Сердце металось в груди загнанным зверем, разрываясь от чувств.

— Если бы только я понял это раньше. – У Бьорна перехватило дыхание, он с трудом сглотнул. И то, как он силился произнести сокровенное, заставляло меня еще сильнее желать это услышать. – Почти всю жизнь моим уделом была одна только месть за то, что сотворили с матерью. Месть поглощала меня без остатка, и я не допускал иных желаний. А потом самая свирепая и прекрасная женщина из всех, что я встречал, запустила мне в лицо рыбиной и принялась пробивать себе дорогу к моему сердцу. Заставлять меня жаждать жизни, в которой правит нечто глубже, чем ненависть.

Мои губы изогнулись в улыбке, но сердце сжалось от боли, когда Бьорн облек в слова то, что я всегда в нем чувствовала. Досаду, что тлела под остротами и мелкими усмешками. Напряжение, что никогда его не покидало.

Бьорн развернул меня в своих объятиях, запустил пальцы в мои растрепанные косы.

— Раньше мне снились лишь огонь и пепел, – прошептал он и скользнул большим пальцем по моей щеке, когда я подняла лицо навстречу его взгляду. – А теперь стоит только закрыть глаза, как я вижу одну тебя.

Из глаз хлынули слезы, ведь услышать это из его уст было моей мечтой. Тем, что мой разум порождал в ночной тьме, когда я отпускала себя и погружалась в грезы, которые, как я думала, боги, судьба и обстоятельства никогда не позволят мне осуществить.

В них был он. Всегда.

— Я люблю тебя, Бьорн, – прошептала я. – И не желаю иного будущего, кроме того, где ты рядом.

Он прерывисто выдохнул, все его напряжение разом схлынуло, а потом он накрыл мои губы своими.

Я ахнула, хватаясь за его шею, чтобы не упасть, но он удержал меня. Поднял, не разрывая поцелуя, и его язык коснулся моего, посылая искры наслаждения вниз живота, где все уже ныло. Я обвила его талию ногами, прильнула всем телом и застонала, когда Бьорн прижал меня еще крепче.

Но все равно – недостаточно.

Я жаждала чувствовать его кожу на своей, но мы оба до сих пор были в мокрой одежде и кольчуге.

— Снять, – выдохнула я между поцелуями и опустила ноги на землю. – Хочу все снять.

И чтобы Бьорн точно меня понял, я схватилась за свою кольчугу, стащила ее через голову и отбросила. Следом быстро полетели туника и нижняя рубашка, обнажившая покрывшуюся мурашками грудь.