Книга Судьба, начертанная кровью, страница 194 – Даниэль Л. Дженсен

— Почему ты никогда не позволял мне к тебе прикасаться? – прошептала я, откидываясь, чтобы провести светящимся кончиком пальца замысловатый узор из рун у него на груди. – Ты этого не желал?

Бьорн сдавленно зарычал.

— Боги, женщина. Да все ровно наоборот. – Он впился пальцами в изгиб моих ягодиц. – Прикосновение к тебе уже приводило меня на грань. А если бы ты коснулась меня, то я окончательно утратил бы власть над собой. И… – Бьорн шумно выдохнул: – И я не хотел просто брать, не зная, смогу ли воздать сторицей.

Сколько же людей в моей жизни без зазрения совести только и делали, что брали, выжимая меня насухо. Один только Бьорн ничего не брал и не просил, но дал так много. Рядом с ним я чувствовала себя полной сил, полной жизни, и я горела желанием отдать ему всю себя. Не утаить ничего, ни сердца, ни души, ни уж тем более плоти. Я повела светящимся пальцем по татуированным линиям на его животе вниз, туда, где прижималась к нему бедрами.

— А сейчас?

— Я весь твой, Фрея. – Бьорн с закрытыми глазами запрокинул голову, и свет моих чар отбрасывал тени на его резкие черты. Его красота была неземной, словно не бог войны даровал ему свою кровь, а Бальдр, светлейший из асов. – Может, это и не равно твоей ценности, но все, что у меня есть.

— А большего мне и не надо.

О большем я и не мечтала.

Я обхватила его лицо ладонями и впилась в губы яростным поцелуем, чтобы Бьорн не только услышал мои слова, но и почувствовал. А потом, расслабив ноги, которыми сжимала его талию, я потянулась вниз и обхватила его пальцами. Огладила от основания до кончика, и Бьорн простонал мое имя, а у меня внутри разлился жар, ничуть не связанный с горячим источником. Лаская Бьорна, я задела ребром ладони собственную влажную плоть и выгнулась, прижалась к ней в нарастающем экстазе.

— Хочу тебя в себе, – выдохнула я, но Бьорн перехватил мои запястья и прорычал:

— Сначала я, пожалуй, должен доказать, что достоин, любовь моя.

В тот момент я могла поклясться, что ничто не разожжет мое желание сильнее, чем то, как он произнес «любовь моя», но тут Бьорн понес меня глубже в пещеру, уложил на каменный склон, гладкий от воды, что стекала из верхнего грота. Такая горячая, почти обжигающая, она бежала ручейками по шее, груди, между ног, но я едва это ощущала. Бьорн широко развел мои колени, открывая себе меня всю.

Я судорожно выпустила тот вдох, что слишком долго держала в легких. Я смотрела на Бьорна между моими бедрами, высокого и могучего, словно бог, и ждала, что он войдет в меня. Ждала, что он сделает меня своей.

Но вместо этого он приступил к трапезе.

Склонив широкие плечи, Бьорн опустился ниже, царапнул небритой щекой внутреннюю сторону моего бедра, и я ахнула. А он лишь раскрыл меня еще шире и приник ко мне языком. Я выгнулась дугой, обхватывая ногами шею Бьорна, и вцепилась руками в каменный выступ за спиной, чтобы удержаться.

— Как же долго я хотел узнать твой вкус, – прорычал Бьорн и снова провел по мне языком.

У меня вырвался всхлип, ибо, да пусть хоть сами боги меня поразят, мне еще никогда не было так хорошо.

— Ты хоть представляешь, до какого безумия это меня доводило, когда я трахал тебя пальцами, такую потрясающе податливую, и не мог взять тебя вот так?

Словно в напоминание о той ночи, Бьорн отпустил мое правое колено и проник пальцем внутрь, сгибая его и лаская самое сокровенное.