Книга Судьба, начертанная кровью, страница 68 – Даниэль Л. Дженсен

— Получаешь ровно то, что отдаешь, – пробормотал Бьорн, затем посмотрел мне в глаза. – Или, может, точнее – это ты отдаешь то, что получаешь.

Я обдумывала его слова, и весь мир будто растворился, ибо Бьорн был первым, кто по-настоящему меня понял.

Вот только… это было не совсем так.

Меня понимала семья. Меня понимали друзья. Но во мне таились те грани, которые они отчаянно жаждали перекроить, тогда как Бьорн, казалось, принимал меня такой, какая я есть. Поощрял те мои черты, которые остальные в моей жизни пытались подавить. По телу пробежала дрожь, мощная смесь чувств переполнила грудь так, что стало трудно дышать.

А потом Снорри заговорил, разрушив волшебство этого мига.

— Ее чары сильней твоих? Дева щита могущественней тебя?

Я скрипнула зубами, услышав из его уст не свое имя, а титул – напоминание, что для Снорри я вещь, а не живое существо.

Если Бьорна и задели слова отца, он этого не показал, лишь пожал плечами:

— Похоже, что так и есть.

Я ждала, что дальше последует «но». Мол, в бою я против него все равно не выстою. Но Бьорн умолк. Не стал меня принижать, чтобы возвысить самого себя, как поступали многие мужчины.

— Еще одно свидетельство, что ей благоволят боги, – улыбнулся Снорри. – А значит, и мне тоже.

— Да почему?! – не удержавшись, воскликнула я. – Каким образом сила моих чар доказывает, что боги благоволят тебе как будущему конунгу Скаланда?

— Закрой рот, дерзкая девчонка! – протолкнулась мимо Бьорна Ильва, и я опустила котелок, чтобы ненароком не отшвырнуть ее через весь лагерь. – Орудие чего-то стоит лишь в умелой руке, а пророчество было ниспослано для Снорри. Ты без него ничто.

Я снова скрипнула зубами, но ответить не успела.

— Успокойся, любовь моя, – произнес Снорри. – Ей недостает твоего опыта и мудрости, дабы истинно уверовать в богов.

— И то правда, – поддакнул Бьорн. – На два десятка лет недостает, я б сказал. Или на все три, Ильва?

Снорри ударил.

Мгновение назад Бьорн смеялся, а теперь рухнул на колени со струящейся изо рта кровью.

— Ты мой сын, Бьорн, и я тебя люблю. – Голос Снорри звенел льдом. – Но не принимай мою приязнь за слабость. Бесчестишь Ильву – бесчестишь меня. А теперь проси прощения.

На щеках Бьорна заходили желваки, когда он встал, а глаза его сузились, полные гнева.

Нет, чувство было более глубоким.

Бьорн ненавидел Ильву. И ненависть эта клокотала в нем с такой силой, которой я пока не находила разумного оправдания. Он открыл рот, и я напряглась, чувствуя, что с его губ сорвется что угодно, но не извинения. Но Бьорн лишь глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

Ильва, прищурившись, скрестила руки на груди.

— Я благодарна, что мой муж сумел спасти тебя от наших врагов, Бьорн, однако ты ежедневно испытываешь эту благодарность на прочность.

— Не лги мне, Ильва, – отрезал Бьорн. – Я прекрасно знаю, как тебя злит, что я стал наследником и занял место Лейфа. Так поимей хоть каплю совести это признать, а не прятать за лицемерными речами.

— Хорошо! – прорычала Ильва. – Я не желаю, чтобы ты наследовал! Слишком уж долго тебя не было, ты теперь скорее норд, чем скаландец. Народ заслуживает правителя из своих. Законного сына!

Я захлопнула рот ладонью, ошеломленная ее словами, а Бьорн и глазом не моргнул.

— Довольно! – заорал Снорри. – Прекратите эту бессмысленную ссору, оба!