Книга Ретроградный Меркурий для попаданки, страница 52 – Олеся Герус

— Решительность, — твёрдо сказала я, входя в кабинет без приглашения и усаживаясь в кресло, явно предназначенное для более почтительных посетителей.

Кассель заметил мой взгляд, всё ещё задержавшийся на карте с патрулями, и коротко улыбнулся, ничуть не смутившись.

— Информация — основа власти, — заметил он. — Полагаю, вы понимаете эту истину лучше многих, учитывая вашу прежнюю профессию.

— Информация — основа доверия, если делиться ею честно, — парировала я. — А не оружие для манипуляции теми, кто вам доверился.

Кассель приподнял бровь, оценивая мою дерзость с интересом, но тут же спрятал его за вежливой улыбкой.

— Слушаю, — сказал он.

— У меня встречное предложение, — начала я, стараясь звучать так же спокойно, как звучала перед самыми капризными клиентами на Земле. — Вы предлагали мне защиту, обучение и дисциплину в высказываниях. Я отказываюсь от всех трёх пунктов в предложенном виде.

— Вот как, — протянул Кассель, сплетая пальцы перед собой. — И что взамен?

— Взамен, — продолжила я, — я предлагаю то, чего вы, кажется, не рассматривали как вариант: партнёрство равных, а не марионетку на верёвочках. Я помогу ордену, если понадобится моя помощь. Но говорить буду то, что считаю правдой, а не то, что вы сочтёте выгодным для текущей политической конъюнктуры.

Кассель молчал несколько долгих секунд, разглядывая меня с новым, более пристальным вниманием.

— Смело, — сказал он наконец. — Возможно, слишком смело для человека, чья жизнь зависит от доброй воли окружающих.

— Моя жизнь, — парировала я, — зависела от доброй воли окружающих ровно до вчерашнего вечера, когда ваши люди чуть не убили Дариана в вашей же собственной ловушке. После такого доброй воли я уже не жду ни от кого, включая вас.

Лицо Касселя на мгновение дрогнуло — тонкая трещина в безупречной маске вежливости, — но тут же вернулось к прежнему невозмутимому выражению.

— Досадное недоразумение, — произнёс он гладко. — Мои люди действовали превентивно, не имея точных инструкций.

— Ложь, — вмешался Дариан, до этого молча стоявший у двери. — Ты сам отдал приказ, Кассель. Я узнал форму твоих личных гвардейцев.

Повисло тяжёлое молчание. Кассель переводил взгляд с меня на Дариана и обратно, явно взвешивая варианты дальнейшего разговора, и по тому, как дёрнулся уголок его рта, я поняла: он оценивает, стоит ли продолжать отрицать очевидное или сменить тактику.

— Хорошо, — сказал он наконец, и голос его впервые за разговор потерял часть привычного бархата. — Допустим, приказ отдал я. Что это меняет? Дариан жив. Урок усвоен. Мы можем двигаться дальше.

— Меняет то, — сказала я, наклоняясь вперёд, — что я больше не верю ни единому вашему слову. А без доверия ваше предложение партнёрства выглядит немногим лучше предложения тюремного заключения с красивой обёрткой.

— Тогда что вы предлагаете взамен? — резко спросил Кассель, впервые за разговор показывая настоящее раздражение под слоем светской вежливости.

— Я предлагаю, — сказала я, чувствуя, как внутри разгорается та самая упрямая решимость, которая помогала мне выживать в двух мирах подряд, — чтобы вы перестали относиться ко мне как к инструменту достижения ваших целей. Я не корона. Не символ. Не марионетка для восстановления справедливости, как вы её себе представляете. Я человек, у которого есть собственное мнение о том, что правильно, а что нет.