Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 181 – Катерина Дэй

Велдор стоял у алтаря, и в его глазах светилось что-то, чего Линна не видела уже очень давно, может быть, с тех самых пор, когда её мать ещё была рядом. Он держал Изабель за руку, и его улыбка была не той, что полагается королю на официальных церемониях: сдержанной, выверенной, почти бесстрастной. Это была улыбка мужчины, который наконец нашёл то, чего ему так не хватало, — не власти, не славы, не новых земель, а простого, глубокого покоя, который приходит только рядом с тем, кто видит тебя настоящего и всё равно остаётся.

Линна стояла рядом, чуть позади, в платье цвета утреннего неба, и улыбалась. Её улыбка была искренней, без тени горечи, потому что в этот день ей хотелось только одного, чтобы папа был счастлив. Но в сердце жила своя, непрошеная боль, тихая и острая, как тонкая игла, которую не замечаешь, пока не притронешься. Вот так просто — взять и остаться. Вот так просто — выбрать того, кого любишь, и не искать причин, чтобы уйти.

Когда верховный жрец произнёс заветные слова, когда кольца легли на пальцы, а толпа взорвалась радостными криками, Линна почувствовала, как её собственное сердце сжалось, но не от боли, а от благодарности. За то, что папа наконец позволил себе быть счастливым. За то, что он не побоялся открыть дверь, за которой столько лет прятал свои чувства. За то, что теперь у него есть тот, кто будет рядом не только в дни побед, но и в тихие вечера, когда короне хочется отдохнуть, а ему просто посидеть у огня и знать, что его понимают.

После церемонии площадь превратилась в один большой праздник: зазвучали трубы, запели хоры, на столах появились пироги, мёд и вино, а в воздухе закружились ленты и лепестки роз. Дети бегали между взрослыми, ловя сладости, музыканты играли так, будто хотели, чтобы эта мелодия никогда не заканчивалась, а послы, забыв о дипломатии, хлопали друг друга по плечам и смеялись.

Рихтэны тоже не остались в стороне. Сэмэль и Рамэль кружили в танце каких-то местных девушек, умудряясь одновременно кланяться, улыбаться и делать вид, что они всегда так танцевали. Кэйрон, хоть и держался чуть в стороне, не смог сдержать улыбки, когда ему вручили кубок и провозгласили тост «за новых друзей». Дарквен, вернувшийся как раз к свадьбе вместе с Вэллэном выглядел почти спокойным. Почти. Потому что даже в такой день в его взгляде читалась мысль: «А теперь пора поговорить о Четырнадцатом королевстве».

Линна ненадолго задержалась у края площади, наблюдая за этой живой, шумной картиной. К ней подошла Изабель, теперь уже королева, но всё такая же тёплая, всё такая же настоящая.

— Ты сегодня такая тихая, — мягко сказала она, накрывая руку Линны своей. — О чём думаешь?

Линна улыбнулась, чуть склонив голову:

— О том, что иногда счастье выглядит совсем не так, как ждёшь. Оно не обязательно должно быть громким, сверкающим, зовущим в путь. Иногда оно просто берёт тебя за руку и говорит: «Я здесь. И этого достаточно».

Изабель кивнула, будто поняла не только слова, но и то, что осталось невысказанным.

— И иногда оно приходит не вместо приключений, а рядом с ними. Ты ведь не перестанешь искать и ждать свои звёзды, правда?

— Не перестану, — твёрдо ответила Линна, и в её голосе прозвучала та самая сталь, что пряталась за мягкостью улыбки. В нём не было бравады, только знание: её сердце принадлежит и этому двору, и этим улицам, и одновременно бескрайнему космосу, где сейчас летел Алор.