Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 182 – Катерина Дэй

Они обнялись — не как принцесса и королева, а как две женщины, которые научились видеть друг в друге не титулы, а сердца. И в этом объятии было столько тепла, что даже вечерний ветер, потянувший с реки, не смог его остудить.

А потом начался пир.

Столы ломились от угощений, музыканты играли, слуги сновали между гостями, разнося кубки с вином, от которого пахло солнцем и спелым виноградом.

Придворные кружились в танце и смеялись, король и королева не отставали от молодёжи, а Дарквен, обычно такой сдержанный, позволил себе на секунду забыть о своём достоинстве и подхватил на руки маленькую девочку, которая умоляла «показать, как летают», и закружил её, будто они оба были детьми.

В этот вечер небо казалось особенно близким, звёзды — особенно яркими, а будущее — не пугающей неизвестностью, а дорогой, которую можно пройти, если рядом есть те, кто не даст упасть.

Линна подняла глаза к небу, и ей вдруг показалось, что где-то там, среди этих холодных огней, на неё смотрит Алор. И в этом было своё утешение: они разделены пространством, но соединены небом.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

И вот когда всё поутихло, когда Пятое королевство наконец-то вздохнуло свободно и поверило в свою силу, когда даже воздух над столицей стал казаться чище и легче, когда король Велдор торжествующе и важно восседал на троне, да ещё и ожидающий наследника, — именно тогда беда пришла. Не с грохотом битвы, не с рёвом труб и клацаньем доспехов, а с тихим, ледяным шорохом судьбы, который проскальзывает в щель под дверью, когда ты меньше всего этого ждёшь.

Морнтар напал тайком, на рассвете, видимо, рассчитывал, что всё Пятое королевство ещё спит и видит сны о свадьбе, пирожных и счастливом будущем. И, надо признать, расчёт был не так уж глуп: стража зевала, повара возились у печей, а король как раз допивал свой утренний чай. Сказать по правде, Велдор уже привык к покою, а покой, как известно, самая коварная ловушка, потому что всегда приходит перед бурей.

Но не тут-то было. Рихтэны не дремали.

Парни, за время пребывания в Пятом королевстве успели почти окончательно утратить боевой вид, обленившись на местных пирогах и комплиментах, и при виде наступающей армии вдруг воспрянули, словно коты, увидевшие мышь после долгой диеты.

И пошло в ход космическое оружие Алора.

То самое, которое он оставил парням. «Иней» загудел, наливаясь голубыми разрядами. Гравиклинки ожили, щёлкнув тумблерами с деловым щелчком. Импульсный пистолет «Шёпот бури» проснулся со своим обычным ласковым гулом, будто говорил: «Ну что, наконец-то вспомнили про меня?»

Первый залп «Инея» накрыл авангард Морнтара волной такого свечения, что солдаты в зелёных плащах замерли, уставились друг на друга с одинаковым выражением ужаса на лицах, а потом синхронно побежали — причём не вперёд, не в обход, не к стенам, а просто прочь, будто кто-то объяснил им кратчайший путь к спасению, а заодно к переосмыслению жизненных приоритетов.

Сэмэль, нажимая на кнопку «Инея» с видом фокусника, запускающего праздничный салют, заметил:

— Смотрите, смотрите! Тот, крайний, подпрыгнул! Вот это я называю дипломатия с элементами гравитации!

Рамэль, кружа над полем с гравиклинком, лезвие которого то становилось почти невесомым, то наливалось тяжёлой, тёмной плотностью, снёс древко вражеского знамени одним изящным взмахом, поймал его на лету и картинно воткнул в землю прямо перед бегущими солдатами.