Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 3 – Катерина Дэй

Потом один из них наклонился, прижал инъектор к шее и свет померк, рассыпавшись на осколки, которые так и не успели сложиться в осмысленную картину.

Дальше время потеряло форму. Алор то выныривал из темноты, хватая воздух, как тонущий человек хватает за край лодки, то снова проваливался в беспамятство. Секунды сливались с часами, минуты — с вечностью. Он не знал, сколько времени провёл в этой лаборатории, где тишина была громче крика, а стерильный запах разъедал лёгкие.

В какой-то момент он распахнул глаза и сам удивился, что может это сделать. Тело было чужим, слабым, будто из него вынули стержень, на котором держалась сила, но сознание осталось. Оно цеплялось за реальность, как за канат над пропастью. Память не стёрли, и это казалось чудом.

Его стащили со стола, подхватили под локти и повели куда-то целеустремлённо, без лишних слов. Шаги эхом отдавались в пустом коридоре, и каждый шаг отдавался внутри Алора тупой вибрацией, напоминавшей, что он всё ещё жив.

Они прошли в шлюзовой отсек. И в этот миг корабль содрогнулся — не как от обычной турбулентности, а будто сам космос дёрнул его за трос. Свет мигнул, панели зашипели, выдавая каскад тревожных символов, а из динамиков вырвался прерывистый вой аварийной сирены — резкий, нервный, совсем не похожий на привычный ровный гул систем.

Охотники замерли на долю секунды, но для Алора эта доля растянулась в вечность. Один из них метнулся к панели, четырёхпалые пальцы забегали по сенсорам, но экран лишь истерично мигал, отказываясь подчиняться. Второй что-то выкрикнул на своём щёлкающем языке, третий рванул к резервному пульту — и тут корабль тряхнуло снова, сильнее.

С потолка сорвался кусок обшивки, глухо ударился о пол, и в отсеке на мгновение запахло озоном и перегретой изоляцией. Кто-то из охотников выругался, кто-то закричал команду, но в этом крике уже не было прежней уверенности, только нарастающая паника, которую они пытались спрятать за резкими жестами и отрывистыми фразами.

Алор почувствовал это мгновенно: безупречный порядок рассыпался, как стеклянный купол под ударом камня. Те, кто ещё минуту назад двигались с холодной точностью, теперь метались, спотыкались о собственные инструкции, тянулись к разным панелям сразу, будто надеялись, что хаос можно усмирить количеством нажатий.

Один из охотников, державший Алора под локоть, на секунду ослабил хватку, чтобы обернуться на вспыхнувшую панель. И этого мига хватило. Алор рванул руку, вырвался из захвата, и инерция швырнула его вперёд — прямо к краю шлюзового проёма.

— Стоять! — рявкнули на аэлорском, но голос утонул в новом вопле сирены.

Корабль снова тряхнуло, гравитация дрогнула — Алора приподняло над полом. Не теряя ни секунды, он перекатился к панели управления шлюзом. Пальцы скользнули по сенсору, экран моргнул, и он ударил по кнопке экстренного сброса не зная, сработает ли, не думая, просто действуя, пока ещё были силы.

Замки щёлкнули, створки дрогнули и с шипением разъехались, открывая короткий переход к стыковочному узлу, где в соседнем отсеке стоял его корабль. И Алор рванулся вперёд. Он проскочил мимо опешивших серых фигур, метнулся в шлюз и, не оглядываясь, вломился в кабину своего корабля. Пальцы привычно легли на панель запуска, система отозвалась мгновенно, словно верный корабль ждал этого момента. Двигатели взвыли, и он сорвался с креплений, вырываясь из захвата чужого судна.