Книга Сакура в его ладонях, страница 54 – Ника Летта

Меня это раздражало. Хотя стоило ему обратить на меня внимание, раздражение наверняка стало бы ещё сильнее. Последние студенты вышли, дверь за ними закрылась. Я подошла к преподавательскому столу и положила перед Юто лист.

— Переведите меня в другую группу.

Он поднял глаза.

— Сато-сан…

— Только не этим голосом.

Юто промолчал. Я прекрасно понимала, как звучит моя просьба. Юто временно вёл курс, я оставалась студенткой, а учебный план не обязан был учитывать наши личные драмы. С разумной точки зрения спорить было не о чем.

Только вся эта разумность рассыпалась, стоило вспомнить, с кем мне предлагали работать. Совсем недавно Маю улыбалась, рассказывая, как моя боль обернулась для неё победой.

— Я не справлюсь с ней, — сказала я тише.

Юто опустил взгляд к списку.

— Проект оценивается по результату работы, отношения между участниками на оценку не влияют.

— Прекрасно. Осталось вышить это на подушке и бросить ею в Маю.

— Акико. — он произнёс моё имя поспешно, с усталостью, которой в голосе преподавателя быть не полагалось.

От этого стало больнее.

— Я серьёзно. Поменяйте меня с кем-нибудь. Одна строчка в списке.

Его пальцы сильнее сжали край стола.

— Всё сложнее.

— Почему?

— Мне придётся объяснять, с какой академической целью я изменил состав одной-единственной группы.

— Цель вполне академическая: одна из студенток рассчитывает дожить до защиты проекта.

— Это личная причина.

— От этого она не становится менее важной.

— Я знаю.

Мне показалось, он уже готов уступить. Сейчас вздохнёт, поправит список, скажет несколько спокойных слов — и мир хотя бы ненадолго перестанет ощетиниваться на каждом шагу.

Юто опустил лист на стол.

— Я не могу.

Два ровных слова оборвали эту надежду и я отступила на шаг.

— Не можете или не хотите?

Он оставил вопрос без ответа. Из коридора донеслись чьи-то шаги, затем хлопнула дверь соседней аудитории. Я уже слышала, насколько несправедливо прозвучали мои слова, но злость помогала держать спину прямо, когда хотелось сжаться и исчезнуть.

— Ясно. — горло сжало от спазма, но остановиться было практически невозможно —Профессионализм, объективность, академическая дистанция.

Лицо Юто сохранило прежнее выражение.

— Я объясню всей группе правила взаимодействия. — как маленькой обьяснял он мне, от несправедливости хотелось спрятаться под стол, как в детсве — Если их нарушат, вмешаюсь.

— Какая щедрость. — произнесла я это прежде, чем успела прикусить язык, Юто продолжал смотртеь на меня ника не комментируя мою вспышку злости, это оказалось выше моих сил.

Я схватила лист и направилась к выходу. У двери рука легла на ручку, но я задержалась. Ждала, что Юто всё-таки окликнет меня. Предложит выход. Скажет хотя бы, что мне не придётся разбираться со всем одной.

За спиной никто не позвал.

Я вышла в коридор и захлопнула дверь с такой силой, что сама поморщилась. На улице уже лило. Несколько минут назад над кампусом висело серое небо, теперь дождь плотной стеной заливал дорожки и корпуса. Похоже, погода решила присоединиться к моему настроению единственным доступным ей способом.

Зонт, конечно, остался дома. Я стояла под козырьком и смотрела на залитый кампус. Свалить всю вину на Юто не получалось. Он поступил честно, профессионально, сделал ровно то, что полагалось преподавателю.