Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 17 – Елена Кара

Это же надо быть такой наивной. Вот где я теперь должна отыскать источник с водой?

Удивительно, но мне повезло, и вскоре я услышала едва различимое журчание. Обрадовавшись, я свернула с намеченного пути и двинулась на звук, держа руку на рукоятке клинка и готовая к любой опасности, помня о том, что возле водопоя обычно бывают звери, пришедшие уттлить жажду.

Ручей оказался небольшим, но быстрым. Вода в нем была прозрачной, а на дне перекатывались камешки, светящиеся тем же голубоватым светом, что и кора деревьев. Я достала пустой бурдюк и погрузила его в воду, от которой исходил тонкий аромат. Пахло свежестью и чем-то неуловимо сладким, похожим на мёд или цветочную пыльцу.

Набрав воды, я заткнула бурдюк пробкой и уже собралась идти дальше, как раздался треск веток и утробное рычание, от которого в жилах застыла кровь, а руки рванули лук раньше, чем мозг успел дать команду.

Я резко обернулась и выстрелила даже не понимая до конца, что на меня несётся.

Тварь вылетела из-за деревьев, и мне повезло, что нас разделяла поляна, если бы гадина выскочила из кустов, я бы не успела шевельнуть даже пальцем.

Первая стрела вонзилась ей в грудь, отчего тварь только взвыла и ускорилась.

Она была огромная, лохматая и размером с медведя, но медведем там и не пахло. Вытянутая, словно лисья морда, пасть полная желтых клыков, с которых капала слюна, прожигающая дымящиеся дыры в лесной подстилке. Глаза горели желтым огнем. Они были совершенно разумные, и безумно страшные.

“Низший фэйри”, — я вспомнила предупреждения дяди, и все внутри оборвалось.

Я выстрелила ещё раз. Вторая стрела попала в шею. Черная кровь брызнула, но тварь только мотнула башкой и прыгнула.

Я ушла перекатом в сторону на одном инстинкте, тело сработало быстрее, чем я успела сообразить, что надо делать. Когти полоснули по куртке, распарывая ткань, кожу и мой бок, из раны тут же хлынула кровь, заливая бедро.

Я вскочила и рванула в лес. Глупо, но единственное, о чем я успела подумать, это о том, что все мои вещи остались у ручья. Всё, что я так тщательно собирала, а потом тащила на себе.

Но если я сейчас не убегу, вещи мне уже больше никогда не понадобятся.

Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, лямка колчана впилась в плечо. Я не разбирала дороги, просто неслась вперед, туда, где деревья росли чаще, надеясь, что тварь застрянет между стволами.

Не застряла. Она ломилась следом, снося всё на своем пути. Я слышала ее дыхание за спиной слишком близко и слишком громко. Слышала, как чвакает земля под ее лапами. Она догоняла.

Я петляла между деревьями, прыгала через поваленные стволы, скатывалась в овраги и карабкалась наверх на четвереньках. Тварь не отставала. Она даже не пыталась сократить расстояние, просто бежала следом, и когда я оборачивалась, то видела в её глазах предвкушение.

Она играла со мной, как кошка с мышью. Наслаждалась моим ужасом, моим отчаянием, моими тщетными попытками спастись.

Ненависть захлестнула в груди горячей волной. Легкие горели, ноги подкашивались, перед глазами плыли черные пятна. Я не знала, сколько прошло времени — минута? Пять? Час? В этом проклятом лесу время текло иначе, растягивалось, как резина, и каждая секунда погони длилась вечность.

Я вылетела на поляну и поняла, что это конец, сил бежать дальше просто не осталось.