Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 19 – Елена Кара

— Ты голодна? — спросил он.

Вопрос прозвучал так неожиданно, что я растерялась.

— Что?

— Я спросил, хочешь ли ты есть, смертная. Или в твоём мире принято переспрашивать по три раза, прежде чем ответить?

Желудок предательски заурчал.

— Хочу, — призналась я.

Уголки его губ дрогнули.

— Тогда идём. До моего дома ещё час. Там поешь, согреешься и, возможно, перестанешь ныть о своих тряпках.

— Я не ныла, — огрызнулась я.

Он уже отвернулся и снова зашагал вперёд, но я успела заметить, как дрогнули его плечи. Этот гад смеялся надо мной. Молча, про себя, но смеялся.

— Придурок, — прошептала я себе под нос и пошла следом.

Лес вокруг медленно менялся.

Деревья уже не светились, кора на стволах была тёмной, почти чёрной, но покрытой таким густым слоем светящегося мха, что казалось, будто мы идём сквозь колонны из чистого света.

Стало значительно холоднее, я дышала в кулак, пытаясь согреть хотя бы пальцы, и проклинала себя за то, что не додумалась сунуть перчатки в карманы куртки. Хотя какие перчатки, я вообще всё бросила.

— Долго ещё? — не выдержала я.

— Если будешь спрашивать каждые пять минут — очень долго, — отрезал Дориан, не оборачиваясь.

Я закатила глаза и заткнулась.

Мы шли молча. Я смотрела под ноги, стараясь ступать след в след. Там, где проходил Дориан, земля казалась твёрже, а корни не лезли под ноги. В какой-то момент я заметила, что ветки, которые он отводил в сторону, замирали и не двигались обратно, застывали в воздухе, пропуская нас, а потом медленно, очень медленно возвращались на место.

— Ты колдуешь? — спросила я.

— Что? — с удивлением спросил он.

— Ветки замирают, пропуская меня, — пояснила я, коря себя за то, что вообще спросила об этом.

Дориан расхохотался.

— А ты забавная. Я Хранитель границы, и для леса этого достаточно.

Я хмыкнула себе под нос, но уточнять не решилась.

Мы вышли на небольшую поляну, круглую и совершенно пустую. Ни деревьев, ни кустов, ни мха, только чёрная земля и стена тумана по краям. Я огляделась, не понимая, зачем мы здесь, и уже открыла рот, чтобы спросить...

— Смотри, — сказал Дориан.

Он поднял руку, и туман перед нами дрогнул, пошёл рябью, будто вода в пруду, а потом начал рассеиваться, открывая то, что было скрыто за ним. И я увидела дом.

Он будто вырастал из скалы, вписанный в неё так искусно, что казался её частью. Стены из тёмного камня, покрытого инеем, сверкающего в свете мха тысячами холодных искр. Из узких, высоких окон лился тёплый жёлтый свет, первый настоящий свет, который я видела в Сильваноре. Остроконечная крыша, теряющаяся в тумане, и резные ставни, покрытые узорами, которые, кажется, двигались, меняя рисунок, когда я смотрела на них краем глаза.

От дома веяло древностью, силой и таким ощутимым теплом, что у меня защипало в носу.

— Это твой дом? — выдохнула я.

— Да, — коротко бросил Дориан и зашагал к двери.

Я побежала за ним, потому что уже окончательно замёрзла и потому что выбора у меня всё равно не было.

Дориан остановился перед дверью, и она сама открылась, без звука и без скрипа, будто ждала его появления.

И мы вошли.

Внутри оказалось даже лучше, чем я представляла.

Тёплый воздух ударил в лицо, пахнуло деревом и ароматом цветов.

Я стояла на пороге, боясь шагнуть дальше, боясь испачкать идеально чистый пол своими грязными, мокрыми кроссовками.