Книга Ассари для нага, страница 50 – Алиша Михайлова

Зал был огромный. Потолок уходил в темноту, терялся где-то наверху, и от этого казалось, что над нами нависает сама тьма. Я почувствовала, как воздух стал плотнее, тяжелее, будто сам камень давил на грудь. Дышать было трудно, каждый вдох давался с усилием.

По стенам тянулись синие прожилки, извилистые, как трещины в старом стекле. В их свете проступали вырезанные в стене наги с распахнутыми пастями и пустыми глазницами. Их были десятки, сотни, и все они смотрели в сторону алтаря, что возвышался в центре на невысоком постаменте.

Сам же алтарь был выполнен из тёмного камня, отполированный до зеркального блеска. Вокруг него, по кругу, белели мелкие пластины, похожие в синем свете на… чешую? Я отогнала эту мысль и стиснула зубы, чтобы не застучать ими.

Впереди стоял Кайден. Он ждал, опустив руки, и смотрел на нас. Хвост его лежал на полу, неподвижный. Лицо было ровным, почти застывшим, как маска. Мне стало не по себе. Так не выглядит тот, кто собирается помочь.

— Наконец-то, — произнёс Кайден, не сводя с меня глаз.

— У нас нет времени на разговоры, — отрезал Сайхан. — Делай, что должен.

Кайден склонил голову.

— Терпение никогда не было вашей сильной стороной, мой император, но сегодня оно вам понадобится.

Он отступил в сторону, освобождая путь к алтарю. Синие прожилки на полу стали ярче, будто камень учуял кровь ещё до того, как она пролилась. Кайден достал из складок плаща кинжал. Узкий, изогнутый, с лезвием, похожим на змеиный язык. Положил его на край плиты, и металл тихо звякнул о камень.

— Положи её, — произнёс он и кивнул на алтарь.

Сайхан не шевельнулся. Его хвост обвил мои ноги, сжался, удерживая меня так, словно разомкнуть его было выше его сил.

— Сайхан, — позвал Кайден. — Ты сам принёс её сюда.

— Помолчи.

Он опустил меня на камень.

Ледяная поверхность обожгла спину. По телу разбежались мурашки, а холод пополз вверх, к затылку, к пояснице, будто камень вытягивал из меня остатки тепла. Сайхан склонился надо мной. Его ладонь легла мне на щёку, и я прижалась к ней.

— Потерпи, — прошептал он. — Чуть-чуть.

Кайден взял кинжал.

— Твоя кровь пробудила в ней то, что спало, — произнёс он, глядя на Сайхана. — Твоя же кровь должна запечатать это обратно. Дай руку.

Сайхан протянул ладонь. Кинжал лёг на запястье быстро, как змеиный бросок. Лезвие надавило, вспарывая кожу, и по ладони потекла тёмная, почти чёрная кровь. Хвост Сайхана дрогнул, но сам он так и смотрел на меня, только жилка на виске забилась чаще, выдавая боль.

Капля сорвалась вниз, ударила в камень.

Алтарь подо мной вздрогнул. Я почувствовала это спиной, затылком, каждой косточкой. По плите изнутри проступили синие вены, расходясь от места, куда упала кровь.

Кайден повернулся. Хвост скользнул по полу, и он оказался рядом. Его пальцы сомкнулись на моём запястье, вывернули ладонь вверх.

— Будет больно.

Я не успела ничего ответить. Лезвие вошло в кожу, я почувствовала холод металла, а затем по телу прошла дрожь, а из горла вырвался низкий, сиплый выдох.

Кровь выступила на порезе, набухла тёмной каплей, задрожала и сорвалась вниз, оставляя на коже влажный, мерцающий след. В синем свете она казалась почти чёрной, с серебристым отливом. Не моей.

Капли ударились о камень рядом с его кровью и разбились, оставляя на плите мутные, тёмные разводы. Я поймала себя на том, что задержала дыхание. Всё ждала, что сейчас, вот сейчас они сольются.