Онлайн книга «Когда расцветёт сакура»
|
— Только Акихито, — нехотя признался он, и я фыркнула. Не удивительно. — Ты должна ее понять, Йоко. Акико пришлось нелегко, — он усталым жестом потер переносицу и помассировал двумя пальцами глаза. Сердце кольнула жалость к отцу, но я сразу же прогнала ее. — Таро-сан меня не похищал. Я сбежала сама. После того, как посидела несколько дней в подземельях. А потом Кёсукэ едва не утопил меня в реке, и наша встреча с женихом была чудом, — на одном дыхании выпалила я, и Нарамаро бросил на меня быстрый взгляд. Он вновь покачал вверх-вниз рукой, в которой удерживал свитки, словно взвешивал их. — Она нашла мне какого-то старика в женихи. Хотела насильно выдать замуж, пока во дворце не было тебя и Акихито. А до этого кто-то отправил из дворца лживое письмо, из-за которого Минамото разделились, и Таро-сан чуть не угодил в ловушку… — Довольно! — сёгун повысил голос, хотя еще минуту назад говорил со мной спокойно. — Не лезь туда, куда не следует. Политика тебя не касается. Я закусила щеки, призвав на помощь все свое самообладание. — Как ты не понимаешь! Ведь она ненавидит Минамото! Она сама рассказала мне об этом. Она упивалась мыслью о смерти Таро, ведь все думали, что он угодил в ловушку к сохэй… — Йоко, замолчи! — отец сжал кулак, смяв свитки, и резким, хлестким движением отбросил их куда-то в угол. Он побледнел от ярости. Его ладони дрожали, грудь вздымалась так, словно после быстрого бега. — Никогда, слышишь, больше никогда не смей говорить такие вещи о матери! — Она мне не мать! Он замахнулся, чтобы ударить, но я отпрянула назад, и его рука со свистом рассекла воздух. Сёгун шумно выругался и впился в меня яростным взглядом. Я же, наоборот, как-то разом остыла и успокоилась. Все смотрела на его ладонь, застывшую в неестественном положении, и не могла поверить в то, что отец действительно намеревался отвесить мне пощечину. — За что ты хотел меня ударить? За правду? Сёгун взревел и повернулся ко мне спиной. Полы его длинного плаща шумно хлестнули воздух. — Ты — всего лишь глупая, вздорная девчонка. Ты ничего не смыслишь ни в политике, ни в том, что произошло, — сообщила мне напряженная спина отца. Я усмехнулась с горечью, которую не стала скрывать. — Не нужны никакие особенные знания, отец, чтобы понять, что другой человек пытается сжить тебя со свету. — Хватит, я не желаю больше слышать никаких обвинений в адрес ма… Акико! — Ну, как же ты не видишь?! — с отчаянием воскликнула я, хрустнув сцепленными в замок пальцами. — Это ты слепец, ты, а не я! Я была бы уже мертва, если бы не помощь Таро-сана… Что написали тебе Акико и Кёсукэ? В их словах нет ни капли правды, одна ложь, ложь, ложь! — Мальчишка угрожал твоему брату смертью! — Он пытался утопить меня в реке! Он преследовал меня в лесу и загнал в угол, заставив войти в бурный поток… я едва не умерла там! Я отшатнулась от отца, безуспешно вглядываясь в его лицо и пытаясь найти в глазах намек на то, что он слушал меня и слышал. Тщетно. Мои слова разбивались о стену, которую он выстроил внутри себя. Стену, состоящую из лжи и наговоров Акико, из наветов Кёсукэ. Из яда, что выделяли они оба. Смертельная отрава проникла в разум отца и полностью им завладела. Он не мыслил трезво и здраво, просто не мог. Гораздо приятнее было обманываться, чем смело посмотреть правде в глаза и признать, что жена способна на коварство, подлость и предательство. |