Книга Мой муж меня не заказывал, страница 71 – Лизирин

Он посмотрел на меня дольше, чем нужно. Потом достал что-то из кармана. Небольшой предмет. Тонкая цепочка с подвеской. Тёмный металл, почти чёрный, с едва заметным узором, который я не смогла сразу разобрать.

Он протянул её мне.

— Надень.

Я не взяла.

— Что это?

— Артефакт.

— Какой?

— Такой, который позволяет мне знать, где ты.

Я медленно подняла взгляд.

— Контроль или забота?

Он не отвёл взгляда.

— Выбирай, что тебе проще принять.

Тишина. Я протянула руку, но он не отдал цепочку. Вместо этого сделал шаг ближе и сам надел её на меня.

Пальцы его коснулись моей кожи — коротко, почти случайно, но этого хватило, чтобы по спине пробежало странное, неуместное ощущение, которое не имело никакого отношения ни к страху, ни к раздражению.

Я замерла. Он тоже. На секунду. Слишком долгую для простой необходимости. Потом он отступил.

— Теперь я буду знать, если с тобой что-то случится, — сказал он уже ровно.

Я коснулась подвески.

— Значит, ты всё-таки решил перестраховаться.

— Значит, я не собираюсь давать кому-то второй шанс.

Я усмехнулась.

— Как неожиданно заботливо.

— Не привыкай.

— Уже поздно.

Он посмотрел на меня. И в этом взгляде было слишком много того, что мы оба не собирались сейчас разбирать.

— Это не случайный человек, — сказал он вдруг. — Он внутри дома.

Я замерла.

— Ты уверен?

— Почти.

— Прекрасно, — выдохнула я. — Значит, мне повезло вдвойне.

Он чуть склонил голову.

— Почему?

— Потому что я под охраной, — сказала я, — и под угрозой одновременно. Очень насыщенная жизнь.

Он не улыбнулся. Но уголок губ всё-таки чуть дрогнул.

— Привыкай, — сказал он тихо.

И вышел.

Я осталась у окна. С артефактом на шее. С котом на коленях. И с ощущением, что скучать мне, возможно, больше не придётся.

Глава 19

К пятому дню под постоянным наблюдением я окончательно пришла к выводу, что, если бы мне сейчас предложили все еще угрозу убийства, но с возможностью спокойно побыть одной хотя бы час, я бы всерьёз задумалась.

И это, пожалуй, было самым тревожным открытием из всех.

Потому что опасность — вещь абстрактная. Она где-то там, в будущем, в возможностях, в вероятностях. А вот человек, который стоит за твоей спиной и делает вид, что он просто часть обстановки — это очень конкретно, очень близко и, что самое неприятное, бесконечно раздражающе.

Ты снова смотришь на них так, будто выбираешь, с кого начать, лениво заметил Морр, растянувшись на подоконнике и наблюдая за мной с тем спокойным интересом, который появляется у него всегда, когда я начинаю принимать решения не из вежливости, а из внутреннего раздражения.

Я не сразу ответила, продолжая разглядывать двух стражников, стоявших в коридоре на таком расстоянии, которое, по их мнению, было достаточно незаметным, а по моему — просто демонстративным.

Я думаю, ответила я медленно. Если уж мне не дают заняться тем, чем я хочу, я хотя бы выберу, чем заняться тем, кто мешает.

Морр приоткрыл один глаз.

Это звучит как начало проблемы.

Это звучит как план.

Я развернулась и направилась прямо к стражникам, чувствуя, как внутри начинает появляться то самое знакомое ощущение: лёгкое, почти игривое напряжение, которое всегда приходило ко мне перед сценой, перед выступлением, перед моментом, когда нужно было взять пространство под контроль.