Книга Ридрих. Она моя сестра. Книга 1, страница 24 – Анастасия Миллюр

Я вложил в последние слова весь ледяной ужас этого места, весь тот страх, который должен был пронять ее до костей.

Она вздрогнула. Хорошо. Наконец-то адекватная реакция. Но уже через мгновение ее лицо озарила та самая дурацкая, сияющая улыбка.

— Поняла, братик!

Азалия безнадежна.

Она выдержала паузу, делая вид, что обдумывает, а затем задала вопрос, который отозвался в висках головной болью.

— Братик, но все слуги наказаны, а новые еще не нашлись. Кто должен меня сопровождать?

Я вспомнил никчемному кучера. Вспомнил, сколько проблем мне доставила ее пропажа.

Нет.

Никаких слуг.

— Ты Азалия Абенаж. Тебя не могут сопровождать обычные слуги.

Она замолчала, и на ее лице появилось выражение глубокомысленного осмысления, будто я только что открыл ей великую тайну мироздания. Затем это ходячее бедствие, как ни в чем не бывало, перевело тему.

— Ридрих, тебе понравилось наказание, которое я выбрала для слуг?

Я проигнорировал вопрос. Это была очевидная попытка выпросить одобрение, и я не собирался ее поощрять.

— Я читала в одной книге, что если человек самостоятельно пытается найти и проговаривает вслух, в чем был не прав, то он начинает сильнее раскаиваться и испытывать чувство вины.

Какая глупость. Зачем вызывать в ком-то чувство вины, если можно просто заставить страдать и молить о смерти?

— Слишком мягко.

Но Азалия внезапно со мной не согласилась.

— Они будут жить в вечном унижении, питаться помоями, а еще до конца дней своих будут расплачиваться с нашей семьей. Лет через десять проценты с их долга будут настолько большими, что это позволит нам формально поработить их. У них не будет права распоряжаться собственной жизнью. Мы сможем сделать с ними все, что захотим. Хоть отправить на корм, хоть на рудники, хоть убить.

Я посмотрел на нее.

Невинная улыбка и расчетливые, безжалостные слова о плане мести.

Что-то во мне отозвалось на это. Чувство узнавания. Узнавание стиля. Того самого, которым я пользовался сам, рассчитывая смещение отца. Та же самая беспощадная логика, тот же самый взгляд в будущее, просчитывающий ходы наперед.

Уголок рта непроизвольно дрогнул.

— Неплохо.

— Правда? Я так рада, что тебе понравилось!

Азалия просияла, как будто получила высшую награду. И в этот момент я осознал всю глубину пропасти между нами. Она видела в этом одобрение, похвалу. Я же видел лишь констатацию факта. Да, эффективно. Да, жестоко. Но это не было хорошо. Это просто… было.

— Кстати, Ридрих, как тебе мое новое платье? Красивое, да?

— Не задавай глупых вопросов. Раздражаешь.

Но она, конечно, и не думала отставать.

— Братик, у тебя будет время завтра? Ты ведь помнишь про наше чаепитие?

Тут я заметил кое-что любопытное. За ее фальшиво-невинной улыбкой начала проглядывать злость. И это открытие отозвалось внезапной вспышкой удовлетворения внутри.

— Я испеку печенье, а еще клубничный десерт. Попробуем его вместе? Завтра в три часа дня, хорошо?

Мне захотелось разозлить ее еще сильнее.

— Отстань.

— Хорошо, Ридрих. Но мне так хотелось бы, чтобы ты завтра пришел. Постарайся, ладно?

Какая глупость.

Я отвернулся к окну, и в карете повисла тишина.