Книга Племянница из провинции, страница 192 – Дина Зарубина

— Тщательно и подробно, – добавила я.

Когда рассвет заглянул в окно, мы покончили с долгами, Даэнир это признал. Но остались еще пошлины и налоги!

До сих пор вспоминать было неловко.

Но если я буду на каждом шагу застревать, я до Горчичной не доберусь, и донна Ливия не испечет лимонный пирог. А это, я вам скажу, королевское лакомство[1]! Пласт тонкого теста в середине пропитывается начинкой из натертого лимона с цедрой и становится прозрачным и тающим на языке. Будто вовсе и нет там никакого теста. Хотя внешне пирог выглядит так себе, тонкий, бледненький. Но стоит его разрезать и откусить, как рот наполняется ароматом и деликатной, не приторной сладостью. Улыбнувшись своим мыслям, пошла дальше.

Дверь знакомого почтового отделения приветливо скрипнула. Дон Кулас воздел неизенную кружку в знак приветствия. Донна Роза подмигнула мне и выдала пачку писем для магистра Ямбира. Часть корреспонденции шла уже на адрес новой лаборатории, но много приходило и в десятое отделение. Быстро перебрала конверты. Два письма были для меня лично, и я поморщилась.

Всю зиму шли, по письму в неделю. Некий барон Иш Гебель, представляющийся моим соседом, желал увеличить свои владения за счет моего участка. Зачем девушке земля? Общеизвестно, что у девушек другие интересы, нежели ковыряние в грязи, он не хочет видеть, как поля зарастают сорняками, а яблони гибнут от отсутствия должного ухода. Со своей стороны, барон обязуется быть рачительным хозяином и дружелюбным соседом.

Я ему отказала уже трижды, коротко сообщив, что не собираюсь продавать ни пяди из земли моего родового поместья. С тех пор он планомерно повышал цену. Меня это огорчало безмерно: с какого перепуга ему предлагать мне полторы тысячи далеров? Значит, он знает о выходе магического источника и жаждет его прибрать себе.

Недавно барон предложил мне стать его супругой. Он холост, недурен собой, еще не стар, земли соседствуют, так что нет ничего правильней, чем их объединить в одно целое. Баронессой стану, не просто беститульной дворянкой. А если мне так нравится фамилия Нейл, так он не возражает. Первый наследник будет Иш Гебель, второй Нейл. И я, как единственная представительница рода, могу оставаться при своей фамилии с добавкой, Эухения Нейл Иш Гебель.

На это предложение я даже отвечать не стала. В родных местах действительно не знали, что я замужем, кроме матушки в монастыре я никому не сказала, а она не болтлива. И на памятный аукцион я приезжала сама, а не муж, жених или поверенный. Значит, одинокая и не богатая, раз не наняла никого разобраться в сложной ситуации. В глазах земляков любая одинокая девушка непременно желает стать замужней.

Предложение-то было действительно очень хорошее!

И содержание мне определялось, и приличная сумма «на булавки», и даже выплаты на рождение детей. Не будь я уже замужем, за такое предложение следовало ухватиться обеими руками и даже зубами. Но в том-то и дело, что я замужем! И мне нравится мой муж. И землевладелицей быть нравится.

Я все равно не стала бы продавать свои владения, не могла же я совсем ничего не принести в приданое? Невеста голодранка отличается от невесты с фамильным имением. Раньше я его не хотела продавать, потому что память о родителях, да и стоило оно сущие гроши. Даже баронесса Сандлер не позарилась. Теперь же за него давали столько, что страшно становилось. Ни одно поместье в округе столько не стоило.