Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 36 – Виктор Громов

— Вы называете это не задержанием только потому, что так красивее звучит? — спросила Марина, когда они остановились перед двухэтажным домом на тихой улице.

— Вы можете войти первой.

— Великодушно.

— И присутствовать при осмотре.

Короткое молчание оказалось полезнее ещё одного вопроса.

— Ещё лучше.

— А если вам всё это кажется чрезмерным, напомню: сегодня мы нашли вашу фамилию в тайной переписке и служебный жетон знакомого вам человека на незаконной телеграфной станции.

— Вы умеете портить настроение фактами.

— Одна из моих лучших черт.

Комната Варвары находилась на втором этаже. Хозяйка дома, сухощавая женщина по имени Анна Васильевна, встретила их с таким видом, будто уже мысленно прощалась с репутацией своего дома.

— Варенька, что же это происходит?

— Если выясню, обязательно сообщу.

Хозяйка перекрестилась и пропустила их. Марина впервые входила в место, которое должно было быть её домом. Это оказалось страннее, чем телеграфная. На спинке стула висела шаль. На небольшом столике стояла чашка. У окна лежала раскрытая книга. Возле кровати — домашние туфли. В шкафу — платья женщины, чьё тело теперь принадлежало Марине. Здесь Варвара спала, читала, возможно, плакала, принимала решения и строила планы. Ощущение вторжения стало почти физическим. Хотя вторгалась прежде всего она сама. Арсеньев, кажется, заметил её состояние.

— Можете выйти.

— Нет.

— Осмотр займёт время.

— Именно поэтому останусь.

В комнату вошёл ещё один жандарм и начал проверять шкаф. Марина наблюдала внимательно: ей нужны были любые сведения о Варваре, но одновременно хотелось не позволить им найти что-то раньше неё — желание заведомо невозможное. Первое время ничего важного не обнаруживалось: письма дальней родственницы, счета, книги, газеты, швейные принадлежности. Потом нашлась фотография пожилой пары с надписью на обороте: «Вареньке от мамы и папы». Марина задержала взгляд. Родители существовали; оставалось узнать, живы ли. Рассмотреть подробнее она не успела.

— Дмитрий Сергеевич.

Жандарм у шкафа вытащил небольшой деревянный футляр. Он был спрятан под нижней полкой, за сложенным покрывалом. Марина его раньше не видела. Арсеньев подошёл.

— Заперт?

— Да.

Хозяйка дома всплеснула руками.

— Я никогда туда не заглядывала, господин офицер.

— Вас никто не обвиняет, Анна Васильевна.

— А ключ?

Все посмотрели на Марину. Она почувствовала знакомое раздражение. Очередной вопрос о жизни Варвары, на который требовалось знать ответ.

— Если я его прятала, вряд ли оставила на виду.

Арсеньев оглядел комнату.

— Разумно.

Ключ нашёлся спустя десять минут. Именно там, где человек, живущий один, мог хранить вещь достаточно скрытно, но удобно для себя: за внутренней планкой письменного стола. Марина первой заметила небольшой металлический блеск, но позволила жандарму достать находку. Футляр открыли. Внутри лежали деньги. Много. Даже не понимая точной покупательной способности рубля этого времени, Марина сразу увидела: для телеграфистки сумма слишком велика. Банковские билеты были аккуратно сложены пачками. Анна Васильевна ахнула.

— Варенька…

Дмитрий не смотрел на деньги. Он смотрел на Марину.

— Сколько вы зарабатываете?

— Вы лучше меня знаете.

— Я хочу услышать от вас.

Она назвала сумму, которую успела увидеть в одном из найденных ранее счетов и ведомостей. Арсеньев кивнул.