Книга Не дам тебе сбежать, страница 46 – Хелен Кир

— Поцелую, Юль.

Не спрашивает, ставит перед фактом. Он сам делает, в напористости себе не изменяет. Мои распахнутые губы варварски захватывает рот Богдана.

Где там дополнительно о пенек хоть какой сосновый опереться можно от шока. Я сейчас упаду несмотря на крепкие гандбольские руки моего черного ангела.

— На твоих губах вкус арбуза, — чувственно шепчет на ушко, — но настоящий вкус все равно лучше. Ты особенная.

Ответить не успеваю.

— Как не совестно! — ворчит дама в шляпе, подхватываю крошечную собачку. — Не смотри, Филя. Здесь бысстыдники целуются на глазах у всех. Вот в наше время … — бу-бу-бу, удаляется.

Богдан по-прежнему смотрит мне в глаза. Его ничто не может смутить, а я горю.

— Идем, — прекращает мучения на виду у всех.

Выкупает шатер. Я немного в шоке от цен, что озвучивают. Вдобавок он еще гору всего заказывает. Я, конечно, отказываюсь, но что выделываться, когда весь день толком не ела. Пока Айдаров перечисляет блюда, в желудке начинает неприлично урчать. Бог-Богдан внимательно смотрит, потом разворачивается к сотруднику.

— Шашлык сделайте. Пару больших порций. Юля, соус какой?

— Любой.

— Ясно все с тобой. Все какие есть соусы подайте. Лаваши, зелень и, — поворачивается, ловит взгляд. Не успеваю отмазаться от обильности стола, как произносит. — И уху девушке моей сделайте с форелью. Уху в первую очередь.

Уху?! Полный рот слюны набегает. Как он узнал, что я за нее душу продам. Надо же.

— На десерт манго, цитрусы. Короче, — морщит лоб, откладывая меню. — Тащите весь ассортимент.

— Ожидайте в шатре.

Бог-Богдан ведет меня к великолепию. Наш стоит около воды в отдалении от других. Пока иду, душа от восторга обмирает. Как же здесь невероятно, просто мечта. Идти-то иду, но все равно улучаю момент, ругаю парня.

— Зачем так много? Мы не съедим, Богдан. Деньги на ветер просто.

— Юль, — заводит внутрь. Отодвигает мягкий диван, приглашая присесть. — Не заморачивайся. Хочу, чтобы ты все попробовала.

— Все?

Богдан садится рядом. Закидывает ногу на подушку, придвигает меня ближе. наше дыхание вновь перемешивается. Он едва касается ртом, едва ощутимо ведет по шее и щекам, едва-едва, но по моему грешному телу уже идут необратимые реакции.

— Здесь всё. И со мной — всё.

Бэнг! То есть … всё …

— С тобой? — голос совсем пропадает.

Медленно ведет по раскаленной коже своим запретным языком. Боже. Думала ли я когда, что вот так буду сидеть с Айдаровым в чужом городе и слушать от него признания.

Думала ли я, что втрескаюсь в него по самые уши, как в детстве в актера из нашумевшего молодежного сериала.

— Со мной, — прикусывает чуть ощутимо кожу.

— И что потом?

— Все, что захочешь.

Как же многообещающе звучит.

Мне так хочется верить и просто поплыть по течению. Так хочется, чтобы Богдан стал тем самым первым и впоследствии не разрушил хрупкий мост, не растоптал его. Я в секунде от падения, если честно, даже не в секунде. Это гораздо меньшая мера измерения.

— Смелое обещание, — с трудом отрываюсь, заслышав шаги официанта.

К нам заходят, красиво расставляют приборы и следом блюда. Зажигают красивые ароматические свечи по кругу шатра. В высокие бокалы разливают гранатовый сок. Айдаров молча выходит покурить.

— Через минуту будет мясо.

— Хорошо.

Айдаров курит, облокотившись о деревянные перила. В упор смотрит, ни на секунду не отводя взгляд. Сначала мне кажется, что он обиделся, но потом понимаю — нет. Бог-Богдан впервые в жизни серьезен и задумчив.