Книга Корректор, страница 97 – Зинаида Майорова

Сон оказался настолько реалистичным, что утром после пробуждения Мартин смотрел на ручей с опаской. Он встал первым и внимательно изучил окрестности, прежде чем спуститься к воде. На берегу с облегчением понял, что во сне видел совсем другой ручей.

Он помнил старый тополь на другом берегу — когда Энн обернулась, то за её спиной он заметил толстый ствол и ветви в золотистых крапинках света. Но на самом деле вдоль берега росли лишь кусты шиповника. Сам ручей оказался гораздо уже и сильно изгибался, тогда как во сне он больше напоминал реку и тёк прямо.

Мартин решил, что чувство вины сыграло с ним злую шутку, и коварное подсознание разыграло очередной сценарий гибели проводника, на этот раз совершено фантасмагорический. Конечно, Энн необыкновенно красивая женщина, но Мартина она совершенно не возбуждала. Не говоря уже о том, что Энн и Фил понимают друг друга с полуслова, так что Мартин почти физически ощущал прочную связь между ними. Никакие провокации не могли разрушить их безусловного взаимного доверия.

От Ошавы почти до самого Кобурга тоже добрались без происшествий, как будто встреча с бандой миссиссогов в Торонто полностью исчерпала лимит несчастных случайностей, и никакие неожиданные испытания уже не могли обрушиться на Мартина и его спутников. К вечеру они достигнут Канадской стены. Однако основные ворота закрывались сразу после захода солнца. После краткого обсуждения Фил и Энн решили не срезать углов и заночевать пораньше в пяти милях от стены, а к воротам идти рано утром.

Они прошли по окраине небольшого городка. Мартину он показался до боли знакомым — древние здания, порт и река напомнили ему кадры из старинного фильма ужасов. В детстве фильм произвёл на маленького Мартина до невозможности страшное впечатление. Загадочная сущность поселилась в захолустном американском городке и стала похищать местных детей. Иногда она притворялась клоуном и предлагала жертвам поиграть, а потом заманивала их в своё жуткое подземное логово.

Выше по течению реки раньше тоже располагался заповедник. Заночевать решили на небольшой поляне неподалёку от берега. Энн отправилась к реке умыться. Фил на всякий случай достал винтовку, хотя по дороге ничего подозрительного они не заметили.

Косые лучи солнца блеснули на кожаной куртке Энн, и Мартин внезапно вспомнил её серебристое вечернее платье.

«Что если мне снился вечер, а не утро?» — подумал он.

Мысль казалась безумной, но почти против воли он тоже пошёл к реке и посмотрел на противоположный берег. Сразу узнал тополь — его ствол, ветки, листья и старое дупло намертво отпечатались в памяти вплоть до узора коры и расположения сучков на стволе.

Энн умылась и поднялась на ноги. Вода стекала с её лица сверкающими каплями. Она заметила Мартина и улыбнулась ему. Он бросился к ней, хотя понимал, что ведёт себя глупо — это был просто дурацкий сон.

Дружелюбие в глазах Энн сменилось удивлением, рука рефлекторно потянулась к рукояти катаны. Мартин резко остановился и обернулся назад. Далеко впереди сверкнула вспышка, и Мартина отбросило назад к берегу реки. Ещё мгновение он чувствовал страшную боль в груди, а потом всё исчезло.

Он снова лежал в полной темноте и тишине, как будто вернулся в убежище. Время перестало течь. Мысли в голове застыли и тоже никуда не двигались. Лишь когда рядом зажурчала вода, он попытался понять, что это за место, и сразу услышал женский голос. Голос нежно звал его по имени. Грудь больше не болела, но он снова ощущал своё тело. Голова лежала на мягком, и маленькие тёплые пальцы сжимали его руку.