Книга Няня для сурового папы, страница 40 – Полина Довлатова

Благо супермаркет в который мы приехали, оказался действительно не маленьким и здесь даже нашёлся отдел с кое-какой одеждой. Не Луи Витон, конечно, но парочку хлопковых трусов и спортивных лифчиков я себе среди всех этих сельских изысков откопать смогла.

— Я смотрю ты прям разгулялась в выборе продуктов, — подскакиваю на месте, когда прямо над ухом слышу знакомый голос и, резко развернувшись, практически впечатываюсь носом в грудь Бородача. — Позволь поинтересоваться, Марья Алексевна, ты эти замечательные розовые трусишки собираешься маслом смазывать или кетчупом заливать? — достаёт из корзины один из наборов белья и задумчиво вертит его в своей огромной лапе.

— Смазывать, Михаил Валерьевич. Свою прекрасную попу кремом. А потом уже натяну на них эти замечательные розовые трусы. Они, если что, не съедобные, так что прекращайте ронять на них слюни и верните обратно мою добычу, — встав на носочки, тянусь за трусами, но этот гад в последний момент поднимает вверх руку, и у меня не получается их достать.

— Дико рад за твою счастливую попу, только жрать-то мы что будем? Или ты всё-таки передумала травить нас своими кулинарными шедеврами?

— И не мечтайте. Я вот как раз сейчас размышляла, чем бы вас побаловать. Кстати, у вас духовка электрическая или газовая?

— Газовая.

— Замечательно. Тогда запеку в ней фаршированные болгарские перчики. Вы как, Михаил Валерьевич, готовы раскошелиться на перчики? А то они зимой дороговаты.

— Готов, Марья Алексевна… по жопе тебе твоей распрекрасной надавать, чтобы болтала поменьше. Ну а потом можно и перчики.

— Нет, давайте всё-таки поменяем очерёдность. В начале я приготовлю перчики, а если они окажутся не вкусными, то, так и быть, разрешаю вам меня отшлёпать, — растягиваю рот в ехидной улыбке.

И только через секунду до меня доходит смысл сказанных мной слов.

Боже, надеюсь он не решил, что я с ним заигрываю? Ведь я же не заигрываю?!

Да ну нет, бред какой-то…

Хотя, судя по выражению лица Бурого, именно так он и думает. Господи, какой позор! Правильно Кирилл говорит, у меня язык работает быстрее мозга.

Сглотнув, слежу за тем, как, придвинувшись ближе, Бурый нависает надо мной как скала, наклоняется к уху, и тихо шепчет, чтобы нас никто не слышал:

— С огнём играешь, Маша. Вот тебе правило номер три — никогда не спорь со взрослым дядей, если не уверена в своей победе.

Глава 11

На обратной дороге некогда вселившееся в меня вдохновение начало резко исчезать и на его место потихоньку пробралась паника.

И кто меня за язык тянул с этим спором? А если у меня не получится вкусно приготовить эти чёртовы перцы?! не хватало мне в очередной раз перед этим Бородачом опозориться. Тогда звание рукожопой ходячей катастрофы за мной укоренится окончательно и бесповоротно.

Чёрт, надо было наверно фарш готовый брать. У одинокого мужика в доме мясорубки может и не быть. Тогда это точно будет финиш…

Только я начинаю перебирать в голове варианты, как можно выкрутиться из гипотетической задницы, как Миша вдруг резко тормозит машину.

— Выходим, Марья Алексевна.

— Эм… а как же девочки? Вы их что от соседки забирать не будете?

— Я — буду, а ты вперёд и с песней готовить ужин.

— А вы не боитесь, что я вам дом спалю в ваше отсутствие?

— Очень боюсь, Маша, — произносит с абсолютно серьёзным выражением лица. — Но кто не рискует, тот не ест фаршированные перчики. Так что вот тебе ключи, я вернусь через пятнадцать минут. Огнетушитель, если что, в кладовке рядом с ванной, — вручает мне связку и буквально выпихивает из машины.