Книга Некровные узы, страница 47 – Инна Инфинити

— Да, бывала, — честно отвечаю.

Вижу округленные глаза мужчины в зеркало.

— Сидели? — уточняет с опаской.

— Ага. Четыре с половиной года от гудка до гудка.

Таксист присвистывает.

— А выглядите прилично. Я бы не сказал, что вы сидели в тюрьме.

— Ну так это двадцать четыре года назад было. Смогла подняться на ноги за столько лет.

— А за что сидели, если не секрет?

— Подделала налоговую отчетность. Помогла одному уроду уйти от уплаты налогов.

— Хренасе. Он тоже сел?

— Нет, он вышел сухим из воды. Все на меня скинул.

— А зачем вы ему налоговую отчетность подделали?

— Была молодая и глупая. Сильно любила его. Он меня очень попросил, а я не смогла отказать любимому.

Таксист определенно впечатлен моим рассказом.

— И что же он, прям совсем безнаказанным остался? — не унимается. Видно, что в нем закипело возмущение от такой несправедливости.

— Его жизнь наказала. Рано умер от рака.

— Ну хоть так.

Наш роман с Алексеем был недолгим, но ярким. Я после института пришла работать к нему в фирму бухгалтером. Алексей был на пятнадцать лет старше и женат. Вешал мне лапшу на уши, что с женой у него все плохо, что собирается от нее уходить, что подаст на развод. В общем, стандартный набор гнусного вранья от женатого мужчины, который захотел гульнуть с молодой и симпатичной девушкой.

А я по неопытности верила. В подтверждение своей якобы любви ко мне Алексей быстро повысил меня до главбуха. И сразу стал просить «как-нибудь так сделать, чтобы поменьше налогов платить». Ну я и сделала, за что сильно поплатилась.

В сизо я узнала, что беременна. Это меня потрясло. Я сразу сообщила об этом Леше, надеясь, что он мне поможет, найдет хороших адвокатов. Добьется для меня хотя бы домашнего ареста. Но Алексей ответил, что моя беременность его не интересует. И вообще, мало ли от кого я беременна, у него нет оснований верить, что это его ребенок.

— Я женат, у меня семья, свои проблемы решай сама, — это были его последние мне слова на свидании в сизо.

С тех пор я больше не видела Алексея. Десять лет назад я решила из любопытства пробить его и выяснила, что он очень давно умер от рака.

Родители пытались что-то для меня сделать, нанимали адвокатов, но это не помогло. Несмотря на беременность, суд оставил меня в сизо. Я не знаю, каким чудом я не потеряла ребенка, несмотря на стресс, холод, голод и антисанитарию следственного изолятора. Поблажек мне никаких не было. Наоборот, еще приходилось терпеть зверское к себе отношение со стороны администрации сизо и местных так называемых врачей.

Я до сих пор считаю, что не умерла тогда только благодаря своему ребенку. Внутри меня росла жизнь, и она придавала жизнь мне. Это был мой единственный стимул не сломаться. Лежа на вонючем грязном матрасе, брошенном поверх нар, я обнимала свой живот, чувствовала толчки моей малышки и понимала: пока жив мой ребенок, я тоже жива. Я любила своего малыша всем сердцем и представляла: однажды этот кошмар закончится, и мы с моим ребенком будем счастливы. Ничего не длится вечно. Все однажды заканчивается. И этот ужас тоже закончится. Нужно только совсем немножко потерпеть.

На седьмом месяце беременности меня признали виновной и приговорили к четырем с половиной годам. Я была этапирована в женскую исправительную колонию в далеком депрессивном городе на Урале.