Книга Город в когтях зверя. Детектив советской эпохи, страница 25 – Елена Архипова

Катя вышла на крыльцо, нахмурилась, увидев разбросанные окурки (итог чьего-то полуночничанья), смела их веником в кучу, вынесла мусор, налила в ведро воды… Так начался для неё этот день, ещё полный будничных, никчёмных, по сути, событий и грандиозных планов.

…У него день начался гораздо раньше: он работал в первую смену. Всё было настолько обыденно, что — не случись после работы эта встреча на строительной площадке, куда он зашёл посмотреть, а позднее и позаимствовать кирпич для строительства гаража — он и не запомнил бы этот день: его как-то не привлекало ни пение птиц, ни шорох трав, ни кружение облаков. Слишком реальным он был человеком, земным, слишком трезво и далеко не романтично смотрел на вещи, не теряя зря времени, так мало отпущенного ему. Он знал это точно и потому играл предложенную жизнью роль послушно. Его аплодисментами была, как казалось ему, вседозволенность и безнаказанность, страх и мольба в глазах подвластных ему людей, их покорность и обречённость. На женщин он преимущественно глядел, как на будущих жертв, представлял их поведение, слова, жесты…

Катя шла в школу напротив мыть окна (и там она подрабатывала). Столкнулись они случайно: он о чём-то спросил, она даже не запомнила — о чём, он пошёл рядом, проводил её до школы, спросил, чем она будет заниматься вечером. Катя ответила, что, скорее всего, станет дежурить вместо мамы, и махнула рукой: «Вон там, в вагончике». Он засмеялся: «Ну, тогда жди в гости. Что принести в подарок даме — коньяк, виски, цветы, шоколад? А, может, бутылочку „Агдама“ — за неимением всего этого?». Катя сморщилась: спиртного она не любила, хотя пробовала неоднократно, в том числе и дома, в маминой компании. А парень ей понравился: широкая улыбка, открытый взгляд, весёлый, разговорчивый. Нет, она не была против того, чтобы он пришёл вечером: ночью в вагончике Катю одолевала странная тоска и чувство одиночества. Заходили, конечно, друзья и знакомые, но все эти встречи были настолько привычны и однообразны…

Труп Екатерины Лизуновой (из материалов уголовного дела)

Он же, убийца, встретив напарника по работе, поделился: «Девчонку снял, ничего так, вечерком нагряну, покувыркаемся». Напарник принял сказанное за шутку и даже не вспомнил об этом на следующее утро, когда в числе прочих узнал о трагедии, происшедшей ночью в вагончике сторожа. Вспомнил об этом гораздо позднее, когда весёлый воспитанный парень предстанет для всех в истинном свете и явит собой натуру жёсткую, циничную, кровожадную, то есть приобретёт на веки вечные это страшное звание — убийца. А пока он приближается к вагончику (стайка ребятишек играет неподалёку в войну, но они его не заметят, а если и заметят, то не вспомнят). Строительные работы на сегодня завершены, на стройплощадке пусто. «Можно?», — он открывает дверь и заглядывает в вагончик. Катя сидит спиной к нему, оборачивается на голос, в глазах — радость: «Входите, я одна…».

Из объяснительной Лизуновой В. В., 1950 года рождения, проживающей по ул. Вокзальной:

«Третьего августа моя дочь Катя и её двоюродная сестра Наташа пришли домой около 15 часов. У меня в гостях была подруга Галина К. и Анатолий О. Во время обеда мы выпили три бутылки водки. Дочь пообедала с нами, но не выпивала, хотя точно это утверждать не могу, я сама не видела. Мы все сидели за столом, когда Катя в пятом часу пошла в вагончик на работу вместо меня, так как я была в сильной степени опьянения. Раньше дочь за меня не дежурила, дежурил сын Сергей. Катя в вагончик заходила раза два днём, когда там дежурила я.