Книга Что скрывает прилив?, страница 4 – Мария Орунья

— Не сомневаюсь, что Пабло многого достигнет, – улыбнулась Маргарита. Она то и дело оглядывалась через плечо – поскорее бы уже пришла настоящая хозяйка вечера. – Что ж, вы все знаете сеньора Раллиса, который не нуждается в представлении, – продолжала она и тут же, вопреки собственным словам, принялась перечислять награды и титулы экс-теннисиста, который хоть и родился в Греции, но очень давно обосновался в Барселоне и на международных турнирах выступал за Испанию.

Закончив с Раллисом, Маргарита повернулась к девушке с буйными кудрями и ее спутнику в розовом поло:

— Возможно, вы уже знакомы с Феликсом Малианьо, президентом Федерации тенниса Кантабрии, в которую, разумеется, входит и наш клуб (мужчина улыбнулся и с наигранной торжественностью вскинул ко лбу правую руку, изображая, будто отдает честь)… и Викторией Кампоамор, его племянницей и членом совета директоров Федерации.

— Мы, конечно, не такие мастера, как сеньор Раллис и сеньор Рамос… – Виктория выставила перед собой ладони, будто обороняясь, – но в теннис тоже играть умеем, верно?

— Кое-кто даже способен отбить пару мячей, – добавил Феликс, и в его тоне чувствовалась трезвая оценка своих навыков, а не ложная скромность.

Все посмеялись, и Маргарита сказала несколько слов о заслугах обоих в Федерации. На самом деле ни Феликсу, ни Виктории их должности в спортивной организации не приносили дохода, а основная деятельность у обоих была далека от мира тенниса: Феликс руководил компанией по переработке отходов, а его племянница работала в библиотеке Менендеса Пелайо в Сантандере. Однако Виктории удалось выйти на 4835-е место в женской классификации, а возраст и растущее брюшко Феликса ясно указывали на то, что играет он только для развлечения. Он уже много лет не попадал в престижную мужскую классификацию, да и прежде не входил в число даже первых десяти тысяч игроков.

От Пабло Рамоса не укрылось, что Маргарита представила Викторию Кампоамор подчеркнуто официально и сухо. Интересно, почему Маргарите не нравится эта милая девушка?

— Уверен, что вы прекрасно играете, – великодушно заметил Пабло и улыбнулся Виктории.

Викторию порадовало дружелюбие молодого человека. Пабло с его открытым взглядом ей понравился.

— У меня нет ни малейшего сомнения, что вы – испанская Мартина Навратилова, – сказал загорелый мужчина лет сорока, демонстрируя белоснежные ровные зубы.

— Марко, ради всего святого, отстань от девочки, – негромко произнесла женщина, сидевшая рядом со льстецом. Изысканный наряд, тщательный макияж, но все это не могло скрыть ее возраста – руки, унизанные кольцами, и морщины на шее выдавали, что ей, вероятно, сильно за шестьдесят. – Милочка, наверняка вы играете божественно, но мой муж совершенно не разбирается в женском теннисе. Лучшей теннисисткой всех времен была, остается и будет Штеффи Граф – единственная в мире, кто выиграл Золотой шлем. Единственная! – отрезала она, улыбаясь только половиной рта.

Пабло подумал, что столь категоричный тон присущ людям, которые не допускают, что им могут возразить.

— Золотой? А я думал, это называется Большой шлем, – заметил последний гость.

Это был тучный мужчина с прилизанными гелем очень редкими волосами.

— Ох, Эмилио, вы же совершенно не разбираетесь в теннисе, верно? – Поклонница великой Штеффи Граф покачала головой, будто подобное невежество казалось ей просто немыслимым. – Бедняга. Сегодня вам предстоит на редкость скучный вечер, – посетовала она с притворным сочувствием. – Выиграть Большой шлем, дорогой Эмилио, – это значит в течение одного сезона победить в четырех главных мировых турнирах.