Книга Что скрывает прилив?, страница 9 – Мария Орунья

Валентина говорила с боссом уважительно, но без прежних сдержанности и почтительности. Как объяснить Карусо, что физическая усталость на грани изнеможения – единственное, что позволяет ей заснуть по ночам, что в ее душе царит абсолютная пустота?

— Капитан, я просто вышла на небольшую пробежку, уже двигаюсь в сторону дома. Расскажете, что случилось?

Маркос Карусо какое-то время молчал.

Трагедия, произошедшая два месяца назад, сделала Валентину Редондо практически идеальным руководителем следственного отдела гражданской гвардии – теперь она живет только работой и ради работы. Ее страсть к порядку, спутник обсессивно-компульсивного расстройства, стала совсем маниакальной, и в работе она проявляла почти нечеловеческую скрупулезность.

Однако была и другая сторона. Нездоровая, опасная именно из-за этой негибкости, из-за отчужденности, которая появилась в Валентине и сделала взгляд ее разноцветных глаз непроницаемым и тяжелым, точно камень, падающий на дно колодца. Но лейтенант отсидела больничный, прошла все проверки, была признана годной к службе и несколько недель назад вернулась на работу. Капитан настоял на лечении, и ей даже пришлось пройти обследование в военном госпитале имени Гомеса Ульи в Мадриде. Но это так и не развеяло сомнений капитана Карусо. Валентина не только изучала самые современные приемы ведения следствия в отделе поведенческого анализа Центрального разведывательного подразделения уголовной полиции Испании, но и имела докторские степени в области юридической и криминальной психологии, – так вдруг ей удалось перехитрить врачей? Капитан Маркос Карусо вполне допускал такое. Но что ему оставалось, когда все официальные возможности были исчерпаны? Лишь беспокоиться о Валентине. Карусо недавно исполнилось пятьдесят, и он знал, что иногда от боли нет никакого лекарства, потому что некоторые раны заживают, только если больной сам пожелает исцелиться.

— У нас новое дело, шумиха в прессе будет та еще. Вчера на Ла-Магдалене прикончили Юдит Помбо, президента Клуба Сантандерской бухты, – в курсе, кто это такая?

— Нет, – ответила Валентина, – первый раз слышу.

— В общем, дама непростая, понимаешь? Из высших кругов. У нее компания по организации мероприятий – кейтеринг и тому подобное. Может, слышала название…

Капитан ненадолго отложил телефон – сверяется с данными, поняла Валентина.

— “Смарт”. Ничего не вспоминается?

— У них еще такой розовый логотип с вытянутыми буквами?

— Она самая!

— Их реклама по всему городу. Да, поняла, о чем вы.

— Вот и славно. Значит, так. Тебе надо досконально изучить эту фирму, проверить, не могли ли жертву убить из-за ее профессиональной деятельности.

— Или из-за теннисного клуба.

— И это тоже, да. Сказать, где она жила? В Маталеньясе, у нее там целая усадьба недалеко от маяка Кабо-Майор, между полем для гольфа и конным клубом “Беллависта”. Наверняка хоть раз видела.

— Кажется, да. Это там, где дорога заворачивает?

— Именно. Она купила участок лет десять назад, все обустроила по своему вкусу. Жила там с сестрой и матерью.

— Она не была замужем?

— Вроде как развелась.

— Ясно. И давно развелась, не знаете?

Вопрос был не пустой формальностью. Гендерное насилие сейчас не редкость, и преступником зачастую оказывается кто-то из самых близких людей жертвы.