Книга Что скрывает прилив?, страница 80 – Мария Орунья

В ее голосе снова появились стальные ноты, она опять смотрела на бесконечный горизонт.

— Пройдут годы, и ты мне будешь за это благодарен.

— Ты с ума сошла.

Он хотел обнять ее, но Валентина глубоко вздохнула и мягко его отстранила. Оливер не сдавался:

— А если бы бесплодным был я?

— Что?

— Если бы это я не мог иметь детей, ты бы меня бросила?

— Конечно, нет.

Оливер посмотрел на нее скептически:

— Ну и?..

— Это другое. У меня никогда не было этого семейного инстинкта, этой потребности, как у тебя. Я радовалась, что у нас будет ребенок, потому что он наш, а не потому что материнство было для меня целью всей жизни.

— Отцовство для меня тоже не цель всей жизни.

— Врешь. Причем сам себе. – Взгляд Валентины стал ледяным. – Прости, но я уже приняла решение.

— Are you kidding me?^[19] – Оливер начал закипать и в отчаянии чуть не кричал. – Это не твое решение, Валентина! С каких пор ты решаешь за меня, можешь объяснить? Думаешь, ты такая мудрая и такая щедрая, но ты ни хрена не понимаешь, вообще ни хрена!

Валентина очень серьезно посмотрела ему в глаза со спокойной печалью.

— Иногда любовь – это не все. Ее недостаточно.

— Понятно, что недостаточно, в жизни полно всякой дряни, думаешь, я не знаю? И ты чувствуешь себя виноватой, хочешь себя наказать, как будто мало того, что с нами уже случилось. Ты что, думаешь, я не говорил с психологами? – Он снова взял ее за руки и крепко сжал. – Это не твоя вина, понимаешь? Ты не виновата! И я не виноват, так за что ты хочешь наказать меня?

Валентина как будто колебалась мгновение, но тут же взглядом сказала “нет”. Они ругались почти два часа. Слезы, споры, сомнения и уверенность. Она не могла допустить, чтобы он отказался от величайшего счастья – стать отцом. Она видела это в его глазах. Да, они любили друг друга, но какая разница? Разве люди не влюбляются каждый день? Химия, душевное родство, совпадение, география. Но для Валентины это было и нечто большее. Помнить и знать, глядя друг на друга, что они вместе попали в эту бездонную яму печали, которую она сама наполнила тьмой. Потому что Оливер прав – она чувствовала себя виноватой. Все произошло по ее вине, из-за ее самонадеянности. Из-за того, что бездумно кинулась спасать лейтенанта Сильву, забыв о своем ребенке и о себе. Как могла она быть такой глупой, такой эгоистичной? Эта вина разъест ее изнутри и превратит в озлобленное и бесчувственное существо. Оливер этого не заслуживает.

Несколько дней Валентине названивали родные из Галисии и уговаривали одуматься. Особенно настойчивой была ее сестра Сильвия, но и она не переубедила Валентину. Не добилась успеха и Клара Мухика, которая была уже на грани менопаузы, но и раньше не могла иметь детей из-за миомы матки, – ни ее собственный опыт, ни мудрые советы не заставили лейтенанта Редондо сойти с выбранного пути.

Оливер продолжал появляться то в комендатуре гражданской гвардии, то на пороге ее отеля, но эти неожиданные визиты становились все реже и реже. Валентина думала, что оказалась права. Это лишь вопрос времени, в конце концов Оливер выкинет ее из сердца, исцелится и сможет начать новую историю с кем-то другим. Историю, не запятнанную печалью и тенями.

Но она не знала, что Оливер не отступил. Он просто давал ей время. Послушав психологов, он верил, что здравый смысл и логика в итоге помогут ослабить аргументы Валентины.