Книга Мы не навсегда, страница 80 – Елена Левашова

— Марк Юрьевич, следственный комитет принял мои доводы к сведению. Уверен, делу скоро дадут ход. И, да… Они взяли меня внештатным сотрудником на время расследования. Так что не думайте больше о деньгах, мне платят приличное государственное жалованье. А услуги адвоката Глеб оплатил сполна. У вас замечательный сын. И женщина замечательная. Кстати, о вашей жене… – оживляется он.

— Что еще? Только не говорите, что Елена… – нервно постукиваю пальцами по столешнице.

— Она попала сегодня в больницу. В областную гинекологию.

— Что случилось? Вы продолжаете за ней наблюдать?

— Да, у меня четыре мальчика-стажера в помощниках, студенты школы полиции. Так вот, один из них приставлен к Лене. Вчера она пошла в ночной клуб с подругой. Такая… эффектная брюнетка на сиреневом седане, – Мирон взмахивает руками, изображая в воздухе «эффектную» фигуру грудастой фифы.

— Понял. Это Яна – такая же ш… В общем, непутевая дамочка, как моя жена.

— Матвей проследовал за ней внутрь и сел за соседний столик. Пытался прислушиваться к разговорам молодых дам, но ничего, относящегося к делу, не услышал. Они трындели о всякой ерунде, много курили и пили крепкие напитки.

— Черт! – хлопаю кулаком по столу. – Вот же дрянь.

— Лена танцевала и развлекалась почти до утра. Матвей проводил ее до дома и уехал, сдав смену другому наблюдателю – Вадиму. Через час после возвращения Лены домой к вашему подъезду прикатила «скорая». Лену госпитализировали в отделение патологии беременных. Ее лечит заведующая отделением, врач, с которым ее познакомила Софья…

— Значит, Соня в курсе ситуации, – спокойно произношу я. – Интересно, как она к этому относится?

— Скоро узнаете, Марк Юрьевич. У вас же в пятницу свидание. Как ваш настрой? Скажите, я же молодец, что добился для вас королевских условий? – Мирон широко улыбается, а я, кажется, краснею.

— Вы мой спаситель, Мирон Альбертович, – отвечаю без тени лукавства. – Они второй день носятся, приводя комнату для свиданий в порядок. Ее здесь вообще быть не должно…

— Понятное дело, тут не зона, а СИЗО. Но за такие деньги, что конвоиры от вас получили, пусть носятся – красят, белят, чистят.

— Спасибо вам. Я вам обязан.

— Не говорите преждевременных слов. Потом скажете мне спасибо… Потом, когда услышите в зале суда громкое и раскатистое «невиновен». Лучше готовьтесь мысленно к свиданию с любимой женщиной.

— Хорошо, – соглашаюсь я.

Свидание послезавтра, а я уже дрожу от нетерпения ее увидеть… Сонечка моя, родная, любимая, нежная… Господи, что будет, когда наступит пятница? Наверное, я сдохну от счастья.

Софья.

Долгое время Павел изобретательно мне врал. Улыбался, говорил слова любви, шептал по ночам нежности, а потом уходил к любовнице… Жалко, что он не может видеть меня сейчас… Он точно бы оценил мою изобретательную бессовестную ложь.

— Вы точно ничего не знаете, Софья Васильевна? – хмурится полноватый следователь, расчерчивая чистый лист блокнота каракулями.

— Точно, – «честно» киваю я, поглядывая на коллег. Марина Артемовна монотонно мешает ложечкой чай, Арзамасов обводит кабинет ленивым, безэмоциональным взглядом. Да и я выгляжу вполне спокойной. Во всяком случае мне так кажется.

— И никаких подозрений у вас нет? Как думаете, кто мог такое сотворить с Борисенко?