Книга Спорим? Будешь моей, страница 44 – Дарья Белова

— Не может, — отрезает холодный голос за моей спиной. По ней разбегаются мурашки и отчего-то ошпаривает между лопаток, когда рука Жданова по-хозяйски на них ложится.

Подняв голову, ловлю убийственный взгляд Артема, направленный на Камаева. Не глаза, а две черные дыры, затягивающие в себя все живое и сеющие смерть.

— Но… — спохватывается Илья. Его густой румянец приобретает цвет красного спелого яблока.

— Без «но». Мирра Бирн принадлежит мне, — спокойно, но упрямо отвечает Жданов.

Я фыркаю. Хочется воспротивиться, а какая-то сила внутри меня заставляет помалкивать. Если идет что-то не по-ждановски, то Артемий, как избалованный ребенок, психует. В прошлый раз из-за этого произошла драка с моим братом.

— Мирра, это так? — Камаев не уходит.

В прошлый раз я выбрала Руслана. Сейчас делать свой выбор в пользу Камаева как-то глупо, да и Жданов тупо выбьет Илью из игры. Камаев видный парень, умный, при деньгах, как бы мечта, но до моего психа не дотягивает конкретно так. Никто, блин, не дотягивает, и Артем это прекрасно знает.

— Давай в следующий раз, — грустно улыбаюсь, надеясь, что конфликт исчерпан.

— Как скажешь. Но если понадобится помощь, — поглядывает на главу студенческого совета, — я рядом.

«Я знаю», — хочу проговорить, но лишь понимающе киваю.

Что ж, Илье наш новый глава точно не по душе.

— Так нельзя, Тема. Он подошел первым, — поднимаюсь и смотрю Жданову в глаза.

Его черные космические дыры уже не вызывают во мне страх, поджилки не трясутся. Наоборот, хочется очертить его лицо и дотронуться до гладковыбритых щек, высечь пальцами линию губ и зарыться в немного волнистые волосы.

Подушечки пальцев пульсируют от желания.

— Машины разбивать тоже нельзя, Мирра, — голос жесткий, и это должно отталкивать. Пугать.

— А я разбила, — отвечаю тихо и мягко.

— А я прогнал этого ссыкуна.

— Он не ссыкун, — защищаю Камаева, хотя та же часть меня, что сидела молча во время словесной перепалки, подсказывает, что Жданов в чем-то прав. Столько общаться в сети, знать друг друга, проявлять симпатию и ничего не сделать — ссыкливо. Он и слился после пары фраз, сказанных Артемом в повелительной форме.

— Еще слово о нем, и завтра его здесь не будет, — угрожает, и я знаю, что он исполнит угрозу. Псих! Какой же он псих! — Это тебе.

Артем протягивает красно-оранжевый цветок, напоминающий мне сказочную жар-птицу —канны . Эти цветы растут на территории Академии за главным корпусом. Длинные яркие ручейки, сейчас пик их цветения.

— Почему не мирра?

— Она тебе не надоела?

— …Нет, — опускаю нос в полураскрывшийся цветок и с алеющими щеками смотрю на Жданова.

Уголок его губ дергается в довольной ухмылке, которую он тут же стирает с лица.

— Пошли, — хватает руку и тянет меня из библиотеки.

— Куда?

— Забыла? — останавливается и поправляет мои волосы. — У нас с тобой сценарий.

Глава 21. Артемий

Несколькими часами ранее

Самолет отца приземляется на частном аэродроме недалеко от города Академии. Все сотрудники выстроились в ряд. Ведь сам Борис Жданов прилетает!

Пригвождаю взглядом проползающего под ногами жучка, и… опускаю на него ногу, раздавливая. Под подошвой ботинок раздается характерный хруст.

Отец спускается по трапу, приложив телефон к уху. Он не благодарит пилота, стюардессу и прочих, кто обеспечил ему комфортный перелет — достойный человека его уровня.