Книга Спорим? Будешь моей, страница 47 – Дарья Белова

Слышу самодовольный смешок Владимира и вовремя пресекаю все попытки Камаева заполучить в партнерши Бирн. Кажется, парню следует объяснить более доходчиво: никто не смеет быть с моим Мирком!

— Но...

Взглядом прожигаю. И никто не видит, как я уже сцепил ладони в кулаки. От того, чтобы наброситься на наглого студента, меня отделяют пара вдохов.

— Без «но». Мирра Бирн принадлежит мне, — я отвечаю спокойно, но грудь печет от ревности в такой, по сути, глупейшей ситуации.

А я помню, как накануне моего поступления в Академию избил одного парня — моя Мирра успела с ним познакомиться и мило поболтать. Они даже обменялись номерами. Это добило меня в край. И те минуты, когда мои кулаки перепахивали его лицо, высыпались из памяти.

Достаю быстро сорванный и запрятанный цветок и вручаю его Бирн. Девчонка смущается, но при этом не играет проклятую невинность. От нелепой и неуместной игры меня всегда выворачивало наизнанку. Мирра знает, что достойна большего, чем полудохлый цветок с клумбы Академии. Она в чем-то высокомерна и эгоистична, как и я, знает, что красива и умна, но не выставляет эти знания напоказ. Мирра хитра, дальновидна и в то же время легка, если позволяет себе чуточку расслабиться.

Ровно такой я увидел ее в нашу первую встречу. Из ее глаз сочилось безумие и отвага, и уже у меня в машине, пробуя девчонку на вкус, я понял, что сделаю ее своей любой ценой. Уверенность в этом укреплялась с каждым днем, отсюда начавшаяся одержимость и желание получить ее как трофей.

Я беру Бирн за руку и вывожу из душной библиотеки. Веду по коридору, собирая любопытные взгляды. Мирра не пытается высвободить свою руку, не бросается словами, а принимает шаг за шагом свою участь.

Даже знаю, какие мысли поселились в ее головке после случая в пещере —кто этот Артемий Жданов? В тот день, правда, многое вышло из-под контроля. Моей целью было напугать ее, заставить позвать на помощь. Но я бы никогда не стал рисковать жизнью Мирры. Для одержимого человека потерять свою страсть — как вырвать сердце собственноручно.

— Расскажешь хотя бы, куда мы идем? — Мирра посмеивается. Ей совсем не страшно, и для меня это знак того, что мы подобрались ко второму акту вплотную.

Останавливаюсь, вырывая себя из мыслей, и смотрю на Бирн несколько иначе.

Пристальный взгляд серо-голубых глаз плавает по моему лицу. Если мысли отца прочитать невозможно, то у Мирры они подсвечиваются неоном, и только слепой, глухой и необразованный сможет утверждать, что их нельзя прочесть.

Ее губы приоткрываются в попытках что-то еще спросить, длинные ресницы, покрытые тонким слоем туши, подрагивают, румянец становится ярче. И это не от солнца, которое ненадолго выглянуло из-за туч. Мы как раз только вышли на крыльцо Академии.

Красный цветок в ее руке совсем завял, но Мирра не спешит его выбрасывать. Как и все оставленные мной ветки мирры. Если первое время девушка еще пыталась от них избавляться, как от горы фантиков — бесшумно, опасаясь чего-то, — то последние пару недель она уже ставит их в вазу. Ее комната благоухает сладким ароматом, он же оседает на коже, и мне хочется его слизать.

— Мы едем искать вдохновение для нашего сценария, — бесстрастно озвучиваю и подхожу к Мирре ближе. Она не отступает.

— Его можно искать и здесь.