Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 75 – Арина Рекк

— Я согласна, — выталкивает слова с трудом. Отворачивается и добавляет обреченно: — согласна. Я все исправлю.

Еще какое-то время я сижу на песке, а затем неуверенно встаю и поворачиваюсь к Рину. Хочется развести руками и промямлить «вот, можно просто попросить», но я и сама понимаю, что она согласилась слишком уж просто. Но я не умею читать по лицам, не могу предзаказать реакцию загнанного в угол, жестокого по натуре человека. Будет огрызаться как зверь или возобладает разум? Она правда осознала, что у нее нет иного выбора или придумала какой-то план, чтобы переиграть нас? Как разобраться в этом человеку, который попал в плен сразу после окончания школы?

— Что я должна сделать? — спрашиваю у сидящей на песке сгорбленной фигуры.

— Нужны реактивы из лаборатории на острове. Могу объяснить, как выглядит.

— Пойдешь со мной, — отрезает Ринар.

— С нами, — поправляю, но он упрямо качает головой.

— Ты останешься тут.

— Я должна быть там.

— Лин, — в одном моем имени слышится его просьба, предупреждение. А за ними прячется страх.

Я смотрю на него долго, вглядываюсь в серьезные зеленые глаза. Он подходит ближе, берет меня за руку, притягивает ближе к себе и, не стесняясь старуху, смягчает тон. Таким как сейчас я не видела его никогда.

— Я не смогу прожить без тебя еще столько же. Снова потерять тебя — выше моих сил.

Столько это сколько? И что значит «снова»?

— Но если ты сам...

— Со мной ничего не случиться. Себя защитить я смогу, но когда рядом ты, когда думаю, что я останусь, а ты нет... я теряю контроль.

Его пальцы переплетаются с моими, и если первые мгновения я не желала демонстрировать чувства перед той, кого привыкла считать врагом, то сейчас, видя перед собой черного дракона, глядящего на меня из недр зелени любимых глаз, все отходит на второй план. Я вижу его тоску, вижу, сколько сил прилагает он, чтобы обнажить передо мной душу, объяснить, как страшно ему. Мог бы просто приказать, запереть, надавить, но он стоит передо мной не скрывая уязвимости и ждет решения. Есть искушение продолжить упрямиться, проверить насколько хватит его терпения, но это все равно, что проверять порог боли любимого человека. Раз за разом обрушивать зажатый в руке хлыст, хладнокровно наблюдая как много он сможет вытерпеть. Жизнь еще даст нам повод проверить друг друга, но вот именно сейчас я могу не причинять ему лишнюю боль. И я не стану.

— Хорошо, — киваю, — я останусь.

Только что у меня появился еще один повод стать сильнее. Я не хочу, чтобы каждую секунду Ринар оглядывался на меня, я хочу стать равной ему. Стоять рядом с ним плечом к плечу и больше не чувствовать себя слабым звеном.

— Ринар, — я опускаю взгляд, потому что эта тема не дается мне легко, — там в подвалах...

— Я уже все сделал, — его голос — хрипловатый громкий шепот, прокатывается мурашками вдоль позвоночника, и Рин продолжает, будто следующими словами снова просит у меня прощения за то, что отвернулся когда-то: — они в безопасности и тепле. У них есть еда и чистая вода. Когда закончим тут, я отведу тебя к ним.

Третья сказка на ночь

Мы стоим на балконе. Дочь опирается локтями на кованное ограждение, теплый ветер развивает длинные волосы. Она улыбается, глядя на охваченные огнями ночные деревья. А я задумчиво смотрю на нее. Киа очень похожа на Соню. Те же серые глаза, длинные черные ресницы, белая кожа и яркие губы. И бывшие когда-то черными, но неумолимо меняющие свой цвет, волосы.