Книга Сберечь тебя. Бессмертие для Дракона, страница 84 – Арина Рекк

И тишина звенит. Лишь спустя несколько секунд я понимаю, что звенит у меня пустота в голове. Долгий, длинный, стихающий звон, во время которого я, повернув голову и не отрываясь, смотрю на самый яркий в моей жизни закат. Все вокруг: небо, море, лес и даже трава, полыхают в красном свете проваливающегося в недостижимый горизонт солнца. Это так бесконечно красиво, что реальность плывет перед глазами. Успокаиваю себя, не желая портить момент, смазывать его слезами, пусть и причина их кроется в красоте этого момента.

Горячие губы на моем виске, на щеке, в уголке губ. Я не поворачиваю голову, продолжая наблюдать за исчезновением солнца.

— Красиво, — мой голос — тихий шепот, но на большее не хватает сил.

— Очень, — в голосе его — улыбка, и я улыбаюсь в ответ, зная, что он снова смотрит на меня.

Миг, когда верхушка солнца скрывается в море, растягивается в бесконечность. Последняя, самая яростная вспышка как прощальный всплеск цвета... а затем на остров опускается серость наступивших сумерек. Я видела закат, купалась в нем, казалось была готова к его концу, но окрашенная синим реальность врезается в восприятие, замораживает и обескураживает. Смотрю растерянно на Ринара.

— Расстроилась? — спрашивает мягко.

— Немного, — смущенно ежусь, потому что это глупо, но мне очень хочется растянуть момент прощания с этим днем.

— Мы вернемся сюда завтра, — обещает, приподнимаясь, отчего я моментально замерзаю.

Мне хочется сказать, что завтра будет уже не то, что сегодня было что-то особенное в проваливающемся за горизонт огромном оранжевом диске, но какой смысл сотрясать воздух и озвучивать очевидные вещи? Но ведь будут моменты лучше и ярче? Обязательно будут.

А сейчас нужно привести себя в порядок и навестить тех, кого спас Ринар. Тех, кто напоминает мне о том, что больше всего на свете я хотела бы забыть. Но это часть меня, и чем дальше я буду убегать, тем более токсичным станет прошлое. Вдруг понимаю, что безумно, до нетерпеливого топтания на месте хочу увидеть на свободе тех, с кем сидела в соседних клетках. Тех, кому не могла сказать про побег, потому что не доверяла и за кем так и не успела вернуться. И я очень надеюсь, что они смогут простить меня за это.

* * *

Я не сразу узнала их. Чистые, в хорошей, хоть и простой одежде, настороженные при нашем появлении, но без того затравленного блеска в глазах, какой появлялся при приближении смотрительниц.

Мы провели с ними три долгих и уютных вечера. Необходимое Рину время, чтобы остановить торговлю людьми на черном рынке. Срок фантастический, если ты обычный человек. Пустяк, если ты дракон, способный влиять на умы людей.

— Почему ты раньше не делал ничего такого? — спросила я на третий день во время экскурсии на бывший рынок, где городские власти объявили строительство благотворительного пансиона для рабов, чьи права нарушаются. Узнав об этих переменах я почувствовала несвойственное мне мрачное веселье. У Ринара оказалось специфическое чувство юмора.

— Потому что считал, что не должен вмешиваться в жизнь людей. Моя сила — слишком большой перевес.

— А почему вмешался сейчас?

Ринар задумался ненадолго, а затем улыбнулся еле заметно, немного удивленно.

— Потому что в этом мире живешь ты.

В этот день произошло несколько событий. Во-первых, окончательно разобрали рынок, во-вторых, Ринар вернул племянницу старухи домой слегка изменив ее воспоминания, а затем запер смотрительниц на том самом острове, где я провела два года в заключении. Не в клетках, все же они должны как-то кормиться, но без возможности покинуть то жуткое место. Ринар сказал, что на острове есть еда и вода, и если приложить усилия, то выжить можно. Я сомневалась, имеем ли мы право решать их судьбу, но Ринар угрызениями совести не мучался.