Книга Благословения и проклятия Чуждого Края. Том 1, страница 127 – Адени Сова

— Наверное, может, но я пока не в состоянии ни на чем сосредоточиться, – со вздохом ответил Инъо, потирая то виски, то лоб. – Будто у меня телепатические способности заново открылись, а блоки я ставить не умею.

Аисъо одарил его сочувственным взглядом. Ему, как никому другому, было знакомо это бессилие перед собственными способностями.

— Ничего, ты привыкнешь и научишься управлять этим, – сказал он, похлопав его по колену. – Потерпи.

Инъо выдавил из себя улыбку.

— Ладно, с тобой разобрались, теперь попробуем привести в чувство Лъо, – сказал Аисъо.

При упоминании мона Инъо вновь ощутил древесный запах. Прежде чем Аисъо успел что-либо сделать, на лице веллена отразилось сосредоточенное замешательство. Он наклонился к мону и принюхался. Наместник приподнял бровь в немом вопросе.

— Нуийар, – сказал Инъо.

В глазах Аисъо промелькнуло понимание и изумление одновременно.

— Правда?

— Это еще что? – спросила Таала.

Стоя над ними, она ничего не чувствовала, и хотя ей было любопытно, чего такого учуял веллен, считала ниже своего достоинства обнюхивать ненавистного мона.

— Нуийар – это полумифическое лекарство от всех болезней, – объяснил Аисъо. – По легенде, Велле даровал несколько сосудов первым демонам, поселившимся в Полесии, но не научил его готовить.

— Тогда откуда ты знаешь, как оно пахнет, мудрец? – спросила Таала недоверчиво.

— В Лесном Храме есть сосуд от него. Любой веллен знает, как он пахнет.

Магией веллены запечатали запах в старинном сосуде и с малых лет знакомили с ним учеников в надежде, что однажды те смогут найти уникальное снадобье. Но, конечно же, никому до сих пор этого не удалось.

— Вероятно, Лъо ранили, а Велле спрятал и вылечил его, – сделал вывод Аисъо, задумчиво разглядывая мона. – Получается, Лес счел его достойным помощи.

— Очень странно, – пробормотала Таала и отвернулась.

Что в нем достойного? Он же сын архимона, а тот даже Велле смог испортить жизнь в свое время.

— Побочный эффект – повышенная чувствительность и неспособность контролировать эмоции, – предупредил Инъо. – Поэтому он так странно себя вел. Нуийар временно стирает все границы. Демон становится искренним, как младенец.

— Младенцы искренни? – в сомнении спросила Таала.

— Он стремится к исполнению своего заветного желания, – добавил веллен. – Все остальное для него не имеет значения.

— Очевидно, найти племянницу и есть его самое сокровенное желание, – заключил Аисъо, на что Таала лишь пожала плечами.

Наместник спросил, как долго это продлится.

— В книгах об этом ничего не написано, – растерянно ответил Инъо.

Аисъо призадумался. Можно было бы подержать Лъо без сознания, чтобы он перестал сходить с ума. Но неизвестно, сколько времени уйдет на нормализацию его состояния. Есть ли смысл таскать его на руках? Вероятно, проще разбудить его и помочь поискать племянницу. Аисъо положил ладонь мону на лоб и мысленно приказал проснуться.

Открыв глаза, Лъо некоторое время смотрел на непривычно серое небо. Затем, как и в прошлый раз, вскочил и начал ошеломленно озираться.

— Лъо, успокойся. Мы знаем, что пропала твоя племянница. Мы поможем тебе ее найти, только не волнуйся так, – уговаривал его Аисъо.

Мон уставился на него встревоженным, неверящим взглядом. Затем сделал несколько шагов, пристально изучая мох под ногами. На серебристых ресницах повисли слезы.